Леонид ТРЕЕР
     НАШ НЕБОЛЬШОЙ, НО ДРУЖНЫЙ КОЛЛЕКТИВ

    Собрал нас недавно шеф и говорит. У меня для вас, говорит,
две новости.  Одна - приятная. Другая - не очень. Можем повы-
сить зарплату всем сотрудникам лаборатории. Это новость радост-
ная. Но денег на прибавку не выделяют. Зато имеем право сокра-
тить лишних    работников   и   поделить   их   ставки   между
оставшимися...
     Словом, предложил  путь  тайного  голосования  определить
жертвенных козлят.
     - Главное, - сказал шеф, - чтобы все было  честно и спра-
ведливо!
      И дал нам два часа на размышления.
     Разбежались мы по своим столам  и  задумались,  не  мешая
друг другу.  Первое,  что пришло нам в голову:  сокращать надо
тех, у кого самый высокий оклад. Тогда уцелевшим больше доста-
нется.
     Вот они сидят,  голуби! Берзяев и Ткачук, старшие научные
сотрудники. По три сотни получают и ни черта не делают. Но лю-
ди они симпатичные.  К тому же Берзяев так  запрудивает  мозги
заказчикам, что  те  уже шесть лет принимают один и тот же наш
отчет. И каждый раз не скупятся на премии.
     А Ткачук - бессменный председатель жилкомиссии. С утра до
вечера составляет цепочки,  утрясает конфликты, где-то заседа-
ет. Ему  в квартирных делах цены нет.  А главное - нас,  своих
коллег по лаборатории,  не забывает... Так что Берзяева и Тка-
чука трогать нельзя!
     Что ты ерзаешь,  ведущий инженер Манукян? Что ты косишься
на меня встревоженным глазом племенного бычка?  Нервничает Се-
режа Манукян. Еще бы! Седьмой год не может собрать испытатель-
ный стенд.  Целыми днями мотается неизвестно где на своем "Жи-
гуленке". Говорят,  что ищет "многоканальные  датчики".  Потом
эти "датчики" звонят женскими голосами,  а мы отвечаем: "Ману-
кян на объекте".  Но у Сережи жена - второй  человек  в  ЦУМе.
Благодаря ей  мы всегда в курсе:  какой и когда выбросят дефи-
цит. Можешь не волноваться, Сережа. Ты всем нам очень нужен!
     Другое дело - Рязанцев Константин.  Мэнээс,  27 лет,  хо-
лост. Работу свою не любит,  пишет стихи. Окладик, правда, ма-
ловат, но  по  пятнадцать рублей на душу - тоже неплохо.  Я уж
было собрался  внести Рязанцева в "бюллетень", но вовремя спо-
хватился. Если  его уволят,  кого посылать на стройку и в кол-
хоз? Нет,  с Костей,  дай бог ему здоровья, мы не расстанемся.
Пусть послужит сельскому хозяйству...
     Кто следующий?  Старший инженер Гаврилко,  золотые  руки.
Безотказный мужиу!  Пашет на всю лабораторию. Кому полы перес-
телит. Кому телевизор починит. Кому кафель переложит. Шефу да-
чу построил.  Причем в рабочее время. Себя, между прочим, тоже
не забывает:  такой катер склепал, что можно в кругосветку ид-
ти. Такими ценными кадрами разбрасываться нельзя!
     Перехожу к слабому полу.  От Маргариты,  безусловно, надо
избавляться. Балласт  с высшим образованием.  С утра до вечера
читает детективы на английском языке.  Но кто на Маргариту меч
поднимет, тот от меча и погибнет. У нее дядя в горкоме отделом
науки заведует. Дядю мы злить не будем.
     От Веревкиной Полины Ивановны тоже толку мало.  Какой ра-
ботник из матери-одиночки троих детей?  Два мужа от нее  ушли,
третьего сама бросила.  Говорит,  что готова рожать еще,  если
встретит достойного мужчину без вредных привычек. Институт По-
лина Ивановна посещает два раза в месяц (аванс,  зарплата). Но
мы же не звери,  чтоб увольнять многодетную мать.  Пусть  себе
получает свои сто сорок!
     Ну а лаборантку Киру ни один мужик не  захочет увольнять.
Глупа, как пробка.  Ленива до безобразия. Но как хороши формы!
На ней глаз отдыхает.  Таких девиц надо специально держать для
поднятия тонуса.
     Вот и весь состав.  Ах,  да,  чуть не забыл про себя. Я и
сейчас на репетиторстве,  в три раза больше зарабатываю, чем в
институте. Я-то без них проживу. Пусть они без меня попробуют.
Кто душа лаборатории? Кто всех веселит свежими анекдотами? Кто
по праздникам создает атмосферу?  Кто успокоит, утешит, взбод-
рит? Нет, коллеги, терять меня вам не захочется!
     Между прочим,  мы могли бы прекрасно обойтись без  нашего
дорогого шефа.  Для той работы,  которой мы занимаемся, он нам
совершенно не нужен.  Если его оклад разделить на девять  сот-
рудников, выйдет  полста на нос.  Очень неплохой приварок.  Но
вариант, конечно,  непроходимый. Если есть лаборатория, значит,
должен быть завлаб.
     Час пролетел, а у меня на бумаге никаких фамилий. Других,
видно, тоже грызут сомнения.
     Тут вдруг Маргарита не выдержала и крикнула.  Мол,  горят
они огнем,  эти лишние десятки. Не нужно ей повышение зарплаты
за счет товарища по работе.
     И все мы вздохнули с облегчением. Потому что сами об этом
же думали.  И сразу же все зашумели,  одобряя Маргариту.  Дес-
кать, не  нужна нам потогонная система.  Главное - сохранить в
лаборатории дух братства.
     Доложили мы свое мнение шефу.  Он даже просиял.  Я, гово-
рит, дорогие мои,  верил в вас и не  ошибся.  Вы,  говорит,  с
честью вышли из этого нравственного испытания.  Лишних людей у
нас нет и быть не может!
     По такому  случаю  послали мы Костю за тортами и устроили
чаепитие до конца pабочего дня.
     Нет, все-таки  замечательно,  что  у нас такой сплоченный
коллектив!


                                  Семь с плюсом 1991г. N 4 (18)

