                       ВЛАДИМИР КИСЕЛЕВ
                      СОБРАНИЕ СОЧИНЕНИЙ
                     ДДДДДДДДДДДДДДДДДДДД

                                                  Вова Киселев
              Спички

 - У тебя спички есть ?
 - Да, щас (зажигает зажигалку и куда-то уходит).
 - Эй, ты куда?
 - За спичками.
 - Зачем? У тебя же зажигалка.
 - Ну?
 - Что ну?! Зачем нужны спички, если есть зажигалка?
 - Не знаю, ты же попросил.
 - Что?!
 - Спички.
 - Ну?
 - ???
 - Что уставился, ты что тупой?
 - Нет.
 - Что нет?!
 - Я не тупой. Спички нужны?
 - О боже! Ты идиот! Скажи, что у меня во рту?
 - Язык, зу..
 - Да нет же!!! Вот! Что это?
 - Это? Э-э, сигарета.
 - Ну?
 - Что?
 - Нет! Ты невыносим! Скажи мне, что делают с сигаретами?
 - Куда?
 - Что куда? Я спросил, что делают?
 - Куда невыносим?
 - О, черт! Ты полный дебил и идиот из всех, что я встечал.
 - Я знаю.
 - Что ты дебил?
 - Нет, что делают с сигаретами.
 - Ну?
 - Ими вредят здоровью, там написано.
 ...
 - Где?
 - Что где?
 - Где написано?
 - Это не туалет.
 - При чем здесь туалет?
 - Ну, ведь в туалете написано.
 - Что?
 - Ну как что? Просто написано.
 - Что написано?
 - Не понимаю, там просто написано.
 - Мать твою! Ты можешь сказать, что там написано?!!
 - Нет, но я могу показать.
 - Ну пойдем.
Идут по коридору, заходят в туалет.
 - Вот.
 - Где?
 - Ну вот, желтое.
 ...
 - Ты, что издеваешься?!
 - Нет. Спички нужны?
 - Зачем?
 - Не знаю, ты просил?
 - Когда?
 - Сейчас.
 - Зачем мне спички, если в туалете написано? ХА-ХА-ХА!!!
Заливается истерическим смехом и бесконечно повторяя:"Зачем мне  спички
если в туалете написано??", уходит в неизвестном направлении, выкидывая
при каждом шаге по одной сигарете "LUCKY STRIKE".


                                         Вова Киселев
          Звонок

Раздается звонок.
 - Звонок.
 - Ну?
 - Иди открой, идиот!
 - А-а.
Уходит куда-то, затем возвращается.
 - Ну, открыл?
 - Ага.
Раздается звонок.
 - Почему звонят, кто это?
 - Не знаю.
 - Ну ты же открыл, кто там был?
 - Никого.
Раздается звонок.
 - А щас кто позвонил?
 - Не знаю.
 - Ну иди открой, посмотри.
 - Я уже открыл.
Раздается звонок.
 - Идиот! Что ты открыл?
 - Кран.
 - Зачем?!
 - Ну ты же просил.
 - Вот идиот! Иди открой дверь! Понимаешь! Дверь!
Уходит куда-то, затем возвращается.
Раздается звонок.
 - Идиот!!! Что ты на сей раз открыл?!?
 - Дверь.
 - Ка-кую??
 - В туалет.
 - Еб... !!!! Надо входную!!! Эй ты куда!?
 - Открывать дверь.
 - Нет уж! Я сам открою!
Уходит куда-то, возвращается.
 - Вот свяжешься с дебилом, хлопот не  оберешься!  Уже ушли,
пока ты тут Муму е... !
 - Чего?
 - Ничего, идиот! Это афоризм такой!
 - Чего?
 - В жопу!!!
 - А-а.
 - Чего а-а? Что ты понял?!
 - Что к тебе должны были  прийти какие-то хлопоты,  но пока
ты открывал, они ушли в жопу.
 - Нет! Все! Я больше не могу!
 - Чего?
 - О-о, что чего?
 - Чего не можешь?
 - В жопу!!!
Раздается взрыв.
Яростный крик: "В жопу!" переходит в почти нечленораздельный
крик "В ногу!", затем раздается  нецензурная  брань  и крики
"Нога! Нога!".

Пятнадцать минут спустя.

Наш первый герой лежит с перевязанной ногой  в окружении со-
седей и нашего второго героя. Раздаются голоса соседей.
 - Представляете, ваш сосед решил покончить жизнь самоубийс-
твом, обвязавшись динамитом.  Он оповестил об этом весь дом.
 - А мы вам звонили, звонили, но никто не открыл, и мы реши-
ли, что вас нет дома.
Дальше в течении десяти минут до приезда  скорой помощи раз-
дается нецензурная брань в перемешку с терминами из краткого
психиатрического словаря.
Приезжает  скорая  помошь и забирает целофановый пакет с ос-
танками соседа и нашего раненого героя.


                                                  Вова Киселев

                              Посвящается С. Лему

                              Ходят трамваи,  там где не надо,
                              Там где гуляют дикие кошки,
                              Там где ступени, там где ограда,
                              Там где мелькают длинные ножки.


            Ходят трамваи, там где не надо...
                    рассказ-притча

  Иногда возникает желание посидеть на ступенях, но это невоз-
можно, когда на тебя едет трамвай. Вы спросите какое отношение
имеет  трамвай  к ступеням.  Я тоже задаюсь этим вопросом и не
нахожу ответа. Ведь там, где ходит трамвай нет ступеней, и на-
оборот,  там где нет ступеней не ходит трамвай. Почему трамвай
ходит?  Ведь ходят по ступеням, хотя они сами не ходят. Значит
тот кто ходит это трамвай,  а те по кому ходят это ступени.  А
как же я?  Кто я?  Трамвай или ступени или что-то другое?  Нет
ответа.  Но иногда возникает жуткое желание посидеть на ступе-
нях,  а это невозможно,  так как по ним ходят, а тот кто ходит
это трамвай. Значит трамвай ходит по ступеням! Я понял! Нельзя
сидеть на ступенях,  потому что по ним ходит трамвай. А кто же
я? Трамвай или ступени? Ведь трамвай ходит по ступеням, а я на
них сижу, или нет? Ведь сидеть нельзя... Вот кошка прошла. Кто
она? Трамвай или ступени? Ведь она ходит, значит трамвай. Нет,
вот села,  значит... она это я? Ведь я сижу. Значит я кошка? А
может быть,  когда кошка ходит она трамвай,  а когда сидит, то
я.  Но раз я могу быть кошкой, а она может быть трамваем, зна-
чит я трамвай. Нет! Ведь трамвай ходит, а я сижу. Черт побери!
Кто я?!!  Боже!!! Дай ответ!!! Трамвай или кошка? А может быть
ступени? Мне кажется, я схожу с ума. Все сошел...
  Если вы дочитали это  патологическое  произведение  до  сего
места, то вы либо В. Киселев (в чем я глубоко сомневаюсь), ли-
бо трамвай (в чем я тоже не уверен), либо вы законченный люби-
тель патологических произведений, с чем я вас от души поздрав-
ляю!
  Эй, смотрите, трамв... а-а-а-а-а !!!











  Газета "Психиатрик трибьюн" (автор Др. Роулекс):
  "... А теперь скажем несколько слов о новом рассказе писате-
ля  скрывающегося под недвусмысленным псевдонимом Вова Крэйзер
(Vova Crazer).  Сей опус заслуживает внимания лишь потому, что
является характерным для больных шизофренией с пароноидальными
явлениями,  хотя и не лишен некоторой оригинальности. Из этого
произведения можно сделать вывод,  что либо автор является на-
шим клиентом,  либо он психиатр, обладающий бурной фантазией и
писательским  талантом.  Рекомендуется для прочтения студентам
третьего курса Медицинской Академии,  слушателям курса  "Твор-
ческая деятельность душевнобольных".


  Журнал альтернативного искусства "Сдвиг":
  "Недавно появился очередной чумовой рассказ чумового, слегка
сдвинутого писателя Вовы Крэйзера.  Он полон (рассказ конечно)
крутых фишек в стиле полного абсурда.  Писатель конкретно заг-
ружает читателя насчет ступеней и трамвая,  и доводит  до  су-
масшедшего  экстаза  не  только себя,  но и всех дочитавших до
конца.  Рассказ написан явно в состоянии наркотического бреда,
поэтому  для полного кайфа перед прочтением рекомендуется при-
нять небольшую дозу марихуаны  или  LSD,  но  только  с  таким
расчетом,  чтобы быть способным читать.  Если ты такой долбак,
что в состоянии наркотического транса читать не  способен,  то
ничего  не  принимай,  и вообще не пора бы тебе завязать ( Эй!
Приятель,  ты не уснул?) Итак истинные маньяки  от  литературы
наслаждайтесь потрясным рассказом восходящей звезды психодели-
ческой литературы. Оценка ****.


  Журнал "Трамвайное дело" (издание для работников муниципаль-
  ного транспорта):
  Коллективное письмо работников депо N2:
  " Уважаемая редакция!  Мы всем коллективом прочитали очеред-
ное, так называемое, произведение "Ходят  трамваи  там  где не
надо..." псевдописателя Вовы Крэйзера.
  Мы не знаем, кто скрывается под этим непонятным именем, но
он полностью показал своим псевдопроизведением свое провокаци-
онное лицо.  Чувство глубокого возмущения  возникает  даже  от
названия  этого  рассказа,  не  говоря  уж о самом содержании.
Сравнение трамвая с кошкой, а также всяческие другие оскорбле-
ния переполнили чашу терпения нашего коллектива. Этот, так на-
зываемый,  "писатель"  уже  неоднократно  затрагивал  честь  и
достоинство   работников  общественного  тнранспорта  в  таких
гнусных подделках под литературу как: "Десять мертвых контрол-
леров",  "Смерть кондуктора",  "Пьяный водитель на рельсы блю-
ет". Поэтому мы решительно требуем открытия имени этого "писа-
теля",  для того чтобы он понес справедливое наказание за свои
подлые деяния.
                                           Работники депо N2".



                                                  Вова Киселев

                      Зачем енотам часы?

    Зачем енотам часы? Многие задаются этим вопросом, и не на-
ходят ответа. Решение этой проблемы требует  особого  подхода.
Лаборатория Исследования Квазинаучных Психологических  Проблем
(ЛИКПП) провела серьезные изыскания и, на  наш  взгляд,  нашла
интересное решение этой задачи. Ниже мы приводим их гипотезу.
    Вкратце о самой проблеме. Вот уже несколько  лет  в  лесах
наблюдались еноты, у которых на шее висели часы. Были отловле-
ны 3 экземпляра енотов. Это были обычные еноты, без каких-либо
отклонений (polosatus enotus). Также  была  проведена  попытка
идентифицировать часы. Но опыт дал отрицательный результат. Ни
одна страна мира не производила данные часы. Стали раздаваться
голоса о поголовном уничтожении енотов.  Многие  считали,  что
еноты несут опасность человечеству. Началась массовая  паника.
Люди организовывали стихийные отряды  по  истреблению  енотов.
Общество Защиты Енотов (ОЗЕ) также приступило к вооружению от-
рядов. Стали возникать стычки между отрядами ОЗЕ и ИЕ. Полиция
и армия были в растерянности.  Наступил  политический  кризис.
Правительство в полном составе подало в отставку.  Всю  власть
взял в свои руки ЧКЗЧ (Чрезвычайный Комитет Защиты  Человечес-
тва). ОЗЕ ушло в подполье. Все силы армии, флота и полиции бы-
ли брошены на уничтожение енотов и отрядов ОЗЕ. Но как они  ни
старались, они только пожгли все леса и уничтожили  почти  всю
живность, кроме енотов. Как это было ни странно,  несмотря  на
все усилия военных,  наглых  енотов  становилось  все  больше.
Из-за истребления лесов и животных наступила экологическая ка-
тастрофа. Люди стали вымирать из-за нехватки кислорода и  про-
довольствия, начались эпидемии. Солнце скрылось из-за дыма ги-
гантских пожаров. В течении трех месяцев все было  кончено.  3
июля 1998 года умер последний человек на Земле...
    А теперь вернемся к нашей проблеме. Мы члены ЛИКПП  счита-
ем, что нам енотам часы вовсе НЕ НУЖНЫ!

                                                    14.02.1994



                                                  Вова Киселев

                          АБСОЛЮТ

И Свет боролся со Тьмою
И Тьма боролась со Светом
И не было победителя в их битве
И осталось только Нечто
Имя этому нечто - Абсолют
И появилась у Абсолюта мечта
И была эта мечта о Свете
Ибо хотел разглядеть Абсолют Истину в себе
Но не было Света
Ибо погиб он в битве со Тьмою
И долго пытался Абсолют разглядеть Истину без Света
И понял Абсолют, что если нет Света, то нет Истины
И попробовал Абсолют создать Свет
Но были тщетны попытки его
И понял Абсолют, что если нет Истины, то нет Света
И тогда познал Абсолют Великую Скорбь
И была его Скорбь размером с Бесконечность
И долго думал Абсолют
И познал Абсолют Бесконечность
Еще дольше думал Абсолют
И понял Абсолют, что не един путь к Свету
И возродилось в Абсолюте Надежда
И попробовал Абсолют создать Тьму
И появилась снова Тьма
Ибо понял Абсолют, что познавший Бесконечность  познает и Тьму
А там где Тьма, там и Свет
Ибо не могут они существовать друг без друга
И создала Тьма Свет
И возрадовался Абсолют
Но не узнал Истину Абсолют
Ибо поглотила его Тьма и поглотил его Свет
Но не пропал Абсолют
Ибо Абсолют вечен
Он лишь закончился на миг
Размер которого Бесконечность
И не существует Тьмы без Света
И не существует Света без Тьмы
И не могут они существовать вместе
Это не есть Истина
Но это верно
Ибо если победит Тьма
То наступит конец Абсолюта
Который есть сама Бесконечность
А если победит Свет
То возникнет начало нового Абсолюта
Хотя Абсолют есть сама Безначальность
Нет Света без Тьмы
И нет Тьмы без Света
И не могут они существовать вместе
И поэтому завязалась Великая Битва
И Свет боролся со Тьмою
И Тьма боролась со Светом
И не было победителя в их битве
И осталось только Нечто
И имя этому Абсолют...


                                                  Вова Киселев

                    Маразм N1 или сны наяву

   Вся поверхность тела была покрыта толстым слоем  сливочного
масла.
 - "Бутерброд" - подумал я.
 - Сам ты бутерброд, - ответила поверхность тела.
   Внезапно подлетела пчела.
 - Масло не видел? - спросила она.
 - Не курю, - ответил я.
 - Масло? - настаивала пчела.
   Я сразу понял, что меня сейчас будут  бить.  Я  боком  стал
подходить к двери. В голове мелькнула смелая фраза.
 - Фиг тебе!! - сказал я и кинулся к двери. Я оказался  внутри
бутерброда.
 - Ма-а-а-сло-о!!! - донеслось издалека.
 - "Сейчас бы пару спичек" - размечтался я.
 - А зачем тебе? - спросил майонез.
 - Душ принять, идиот!
 - А-а! - задумчиво протянул майонез.
 - Бэ-э! - сказала ветчина.
 - Вэ-э! - громко сказал я.
   Все сразу насторожились. Майонез почесал пятку. Пятка отве-
тила тем же.
 - Не ссорьтесь, ребята! - примирительно сказал я.
 - Да, а следующий раз он гранату  достанет,  -  не  унималась
пятка, - Пусть отдаст мою кружку.
 - Какую кружку? - не понял я.
 - Где спички.
 - "Спички это хорошо - Душ!" - подумал я.
 - А ну отдавай кружку!
 - А ты кто?
   Хм. Действительно. Кто я?
 - Неважно.
 - Нет, ты скажи, скажи, - не унимался майонез.
   Пришлось дать ему в рожу. Рожа была противная,  похожая  на
кружку с пивом.
 - "Кружка!" - мелькнула мысль.
 - "С пивом!" - мелькнула другая.
 - В глазах уже рябит, размелькались! - проворчала ветчина.
   Вдруг подбежала собака и лизнула меня в ухо.
 - "У меня есть ухо!" - сделал вывод я.
 - Вова, вставай! - сказала собака.
 - "Говорящая собака. Бред!" - подумал я.
 - Вова, вставай! - не унималась собака.
 - "Оборотень!" - пришла мысль.
 - Вова вставай!!! - лизнула в ухо собака.
   К ней присоединились все.
 - ВОВА, ВСТА-ВАЙ!!! - услышал я хор голосов и открыл глаза.
 - "Высшая математика... Институт... Бежать..."  -  запел  хор
мыслей.
 - "Лежать и спать", - тихо сказала одинокая мысль.
 - "Извини", - сказал я ей и окончательно проснулся.

 . .
 . .

                                                  Вова Киселев

                       Пьяные джойстики

   Я ненавижу пьяных джойстиков.
   Представьте себе: Сотня пьяных джойстиков гонится за  Вами.
Это не каждый выдержит. Я не выдержал. Теперь  доктор  смотрит
на меня, а глаза такие добрые-добрые. Он смотрит бедняга, а не
понимает, что джойстики взяли его в оборот. Вон  один  на  ухе
повис, другой на голове сидит. И все пьяные-пьяные! А я ему не
скажу. Я уже говорил, а он  их  не  стряхивает,  только  опять
смотрит, а глаза такие добрые-добрые. Вот, скотины,  опять  ко
мне подлетают. Фу! Как несет! Совсем пьяные!
   - А-а, слезь с меня...
   Опять в рубашку завернули. Они думают я ненормальный, а те-
перь я не смогу  их  стяхивать.  Вон  в  углу  сидит,  скотина
пьяная. Я ненавижу джойстиков!!! Слезь с меня пьяная рожа!!!


                                                  Вова Киселев
                           Тошнотки

                                    не рекомендуется читать во
                                    время еды, а  также  людям
                                    сильно  впечатлительным  и
                                    брезгливым.

   Стояла сильная жара. Джонсон обливался потом, но  продолжал
свою работу вот уже в течение часа. За его усилиями  наблюдала
лишь жирная ворона раздобревшая на кладбищенских харчах. Нако-
нец лопата ударилась о крышку  гроба.  Джонсон  удовлетворенно
улыбнулся и очистил поверхность несколькими гребками. В  пред-
вкушении рот нааполнился слюной. Джонсон шумно сглотнул и при-
нялся за вскрытие крышки...
   В мозг ударил тошнотворный запах. Нет это был даже не запах
это была вонь. Нестерпимая вонь от  гниения.  Вид  содержимого
гроба был не менее ужасен. Тело приобрело цвет тухлой  морков-
ки, по всей поверхности копошились мелкие белые  черви.  После
вскрытия крышки сразу появились крупные зеленые  мухи.  Они  с
громким жужжанием носились над  телом, и  их  зеленый  панцирь
сверкал на солнце. Но вся эта картина не произвела на Джонсона
удручающего действия, наоборот, с его лица не сходила  доволь-
ная улыбка, а в глазах можно было  прочесть  предвкушение  че-
го-то приятного.
   Джонсон ножом отделил часть бедра мертвеца и положил на та-
релку. Плоть легко отделилась от кости и была похожа на бурную
кашицу с шевелящимися белыми вкраплениями.
   Джонсон достал ложку и принялся за трапезу. Вкус?  Его  не-
возможно описать. Вы когда-нибудь ели мясо покойника  3  неде-
ли пролежавшего в земле под знойным июльским  солнцем  или  на
худой конец тухлую говядину? Я лично нет. Но Джонсону вкус был
знаком и было видно, что он получает явное удовольствие.  Гур-
ман также отметил, что лопающиеся на языке черви  создают  не-
повторимую гамму ощущений и подумал, что в следующий раз  сле-
дует откопать месячного покойника...
   Вечером у Джонсона скрутило живот. Он был доставлен в  муни-
ципальную клинику. Медсестра, обслуживающая его,  сказала  со-
чувственно:
   - Вы наверное чего-нибудь не то съели.
   - "Да уж, не то", -подумал Джонсон и разразился дьявольским
смехом, досмерти напугав медсестру.

                                                  Вова Киселев

                                            Мысль,  как птица,
                                            В голове копошится

                         Клаустрофобия

   Клаустрофобия? Вы когда-нибудь сидели внутри мыльного пузы-
ря, сжимающегося с переменным ускорением. Физики спорят,  мож-
но ли играть в карты в лифте, падающем с возрастающим  ускоре-
нием. Поэты мечтают заниматься любовью  в  безвоздушном  прос-
транстве. Глупцы! Они никогда  не  сидели  в  мыльном  пузыре.
Представьте себе граница его, то с устрашающей скоростью приб-
лижается, то разрастается до размеров Вселенной.  И  бесконеч-
ный Страх, Страх размером со  Вселенную:  А  если  Он  лопнет?
Брызнут мозги с кровью, кровь с мозгами, а в них  черви,  мел-
кие, зеленые черви! Почему зеленые? Потому что это не черви, а
гусеницы. Из гусениц вырастают бабочки, из бабочек  черви.  А,
нет! Из бабочек вырастают не черви,  а  фраки.  Черные,  белые
миллионы фраков. И пузыри, мыльные пузыри.  Сотни!  Тысячи!  И
каждый размером со Вселенную. И в каждом сижу я.  Один  беско-
нечный страх. Приди ко мне моя бабочка, я сделаю из тебя  фрак
и пойду с тобой на концерт. Я буду петь, а ты махать крыльями.
Будет очень весело и шумно. Все, все будет сверкать,  блестеть
и вращаться. И мы забудем страх. Моя бабочка я люблю  тебя!  А
пузырь мы пошлем далеко-далеко. А если он лопнет мы  не  будем
плакать. Мы будем смеяться. Так сбываются все мечты. Бабочка я
тебя люблю! Прощай клаустрофобия!

                                                  Вова Киселев

                        Новое открытие

   Научно-исследовательская лаборатория института исследования
абстрактных соотношений получила  уникальные результаты изуче-
ния влияния  посадки  гречихи  на  поголовье дельфинов. Группа
доктора Шпака установила, что эти два понятия находятся в тес-
ной взаимосвязи.  А  именно, что количество гектаров засеянных
гречихой строго  равно  количеству  появившихся в текущем году
дельфинов, как женского, так и мужского пола. Был проведен ряд
экспериментов подтверждающих эту гениальную (прямо скажем) те-
орию. Хотя следует заметить, что смелые экспериментаторы стол-
кнулись с некоторым противодействием со стороны  консервативно
настроенных субъектов.  Так, например, во время проведения эк-
сперимента по уничтожению 100 га гречихи  ученые столкнулись с
некоторым непониманием местных жителей, а также директора кол-
хоза, на  территории  которого производился опыт. В результате
дискуссии вся группа доктора Шпака была доставлена в больницу.
Но, несмотря на трудности, смелые ученые продолжали исследова-
ния. Была  организована  командировка на Средиземное море, где
был проведен уникальный опыт по отлову и уничтожению 150 дель-
финов. При этом были случайно насмерть забиты 2  кита. И перед
учеными открылись новые перспективы. Ассистент доктора Шпака -
доктор Пук выдвинул теорию о взаимосвязи поголовья китов и по-
севов пшеницы. Чтобы подтвердить свою теорию др. Пук отделился
от основной  группы  и  занялся  нещадным  истреблением китов.
Вскоре у исследователей снова появились проблемы.  На этот раз
с непониманием со стороны Общества Защиты Животных. Ученые бы-
ли избиты наемниками общества  GREENPEACE.  Особенно пострадал
доктор Пук, он получил удар гарпуном по голове. Но невзирая на
все эти помехи группа доктора Шпака, хотя и с некоторыми поте-
рями, пришла к окончанию своей работы и вывели фундаментальный
закон исследования абстрактных  соотношений: Поголовье морских
млекопитающих находится в прямой зависимости от количества по-
севов зерновых  культур, причем каждому виду млекопитающих со-
ответствует свой  сорт  зерновых.  Недавно доктор Шпак получил
Фуллеровскую премию  за  свое открытие. Все деньги перечислены
на лечение несчастного доктора Пука.

                                                  Вова Киселев

                          Горный орел

   - И тебе не стыдно? - с пафосом спросил он.
   - Нет, не стыдно! - с вызовом ответила она.
   - Ну и дура! - грубо заявил он.
   - Сам мудак! - очень грубо сказала она.
   - "Это, что про орла?" - с недоумением подумал я.
   - А почему бы и нет! - с ехидством ответил я сам себе.
   - Д-да, вот так она и начинается ши-зо-фре-ния, - с горечью
   подумала моя голова.

                                                  Вова Киселев

                       Судьба контролера

   - Молодой человек! Молодой человек! Ваши талончики! Гражда-
нин! Талоны Ваши!?
   - Что?
   - Где талоны?!
   - Чьи?
   - Чьи-чьи! Ва-ши!!!
   - ???
   - Та-ло-ны! Не трамвай!
   - Трамвай? Где?
   - Вы что издеваетесь! Вы платили за проезд?!
   - Кому?
   - Что кому?! Никому! А талон вы пробивали?!?  Я вас спраши-
ваю!!!
   - Пробивали?
   - Ну да! Про-би-ва-ли!!! Дырочки! Дырочки делали?!?
   - Дырочки? Хм! Вы кто?
   - ???
Контролер покраснел, побледнел, затем пошел пятнами:
   - Да-да-да вы изде-де-ваетесь?!! П-платите штраф!!!
   - Штраф? Кому?
   - Кому-кому!? Мне!
   - Ну вы же сказали дырочки?
   - К-какие дырочки!!? Деньги! Давайте деньги!!!
   - Хм? Деньги? А вы кто?
   - Как это кто?!! Кто!!! Я  здесь! Тут вам! Это м-м, не обя-
зан отчитываться!!!  Я тут! Есть талон - я  рвать! Нет - давай
штраф!!! Понимаешь?!! Ты!!!
   - У меня проездной.
   - ????  Да ты...  Я тут! А он... У  него... пять минут... У
меня... вагон... оконтролить...
Тут он оглянулся  и заметил, что вагон девственно чист. Сердце
у контролера съежилось от нехорошего предчувствия. "Это сон!"-
мелькнула спасительная мысль.
   - Сон говоришь! - сказал молодой человек и достал из карма-
на прибор отдаленно напоминающий компостер.
   - Сон! Ха! - и стал приближаться угрожающе щелкая.
   - Да! Сон! - ухватился за соломинку контролер.
   - Сон, говоришь! - повторился молодой  человек и прокомпос-
тировал нос контролеру. Тот взвыл от ужасной боли  и  отчаянно
кинулся к кнопке аварийного тормоза. Но эффекта не было. Трам-
вай продолжал нестись с устрашающей  скоростью.  Стали  слышны
раскаты грома. В окна были видны только  клубы  дыма.  Трамвай
несся как будто внутри гигантского облака.  Контроллер  понял,
что спасения нет. Сел на пол. И тихо заплакал:
   - Всю жизнь... Зачем? Проверять, рвать,  требовать?  Зачем?
Кому это надо?
   Молодой человек сидел рядом на красном сидении и вниматель-
но слушал. Тут у контроллера мелькнула мысль:  "А  водитель?".
Он посмотрел. Водителя не было. Последний лучик надежды скрыл-
ся за горизонтом. Контролер посмотрел на молодого человека:
   - Что Вам от меня нужно?
   - А ты не понял?
   - Нет.
   - Мы направляемся в Ад. Ад для контролеров.
   - А ты... ?
   - Да, я Он самый.
   - Но за что?
   - Ну ты же сам сказал; всю жизнь рвал, требовал. Разве это-
го мало?
   - Много. Это гнусно.
   - Ты понял. Прощай. Ты свободен.
   Окружающая обстановка стала блекнуть,  сознание  контролера
померкло...
   - Молодой человек! Молодой человек! Ваши талончики!  Талоны
ваши?!
   - Что? - молодой человек моргнул левым глазом  и  контролер
вспомнил Все.
   - Извини.
   - Удачи, - молодой человек улыбнулся.
   Открылась дверь и контролер побрел вдаль.
   Некоторые  обращали  внимание  на  странного  мужчину, иду-
щего,  не  обращая  внимания  на  дождь  и  лужи, с  улыбкой -
САМОГО СЧАСТЛИВОГО ЧЕЛОВЕКА НА ЗЕМЛЕ!!!

                                                    20.03.1994


                                                  Вова Киселев
                             Двери
                                            Посвящается памяти
                                            Джима Моррисона

   Мысль не есть отражение сознания, наоборот -  сознание  это
отражение мысли. Что собой представляет сознание? Сознание это
совокупность представлений человека о самом себе. То есть, как
об индивидууме, осознающем свое состояние как в реальном мире,
так и в мире грез и иллюзий. Сознание человека является своего
рода ортогональным базисом, и обладает всеми его свойствами. В
одном пространстве человеческого разума может находиться  нес-
колько сознаний, причем как  независимо,  так  и  пересекаясь.
Чтобы познать независимое сознанание  нужно  открыть  запертую
дверь. Ключом могут быть различные способы. Один из них -  ме-
дитация, но она похожа на длительный подбор ключей, это  очень
нудно и долго. Лучшим способом являются наркотики. Они  похожи
на моменьальный взлом или даже выбивание двери. Одно мгновение
и ты в другом мире. Но важно  не  разрушать  дверь  до  конца.
Нельзя переступать грань, название которой  -  безумие.  Дверь
должна быть дверью, а не дыркой в стене. Людей, которые разру-
шили дверь или остались по ту сторону навсегда, обычно называ-
ют сумасшедшими. Есть еще  немногочисленная  категория  людей,
которые смогди сделать окно. Они смотрят по ту сторону, не за-
ходя туда. Но все-таки оптимальный вариант -  способность  уп-
равлять своей дверью, то есть по желанию уходить и  приходить.
Так вот, научитесь управлять своей дверью и не забывайте,  что
не мысль есть отражение сознания, а  сознание  есть  отражение
мысли.

                                                     Вова Киселев
                   Размышления на сложные темы

                                   - Наводят на  всякие  мысли  -
                                  хоть я и не  знаю  на  какие...
                                  Одно ясно: кто-то кого-то здесь
                                  убил...  А,  впрочем,  может  и
                                  нет...
                                   Льюис  Кэролл  "Алиса в Зазер-
                                  калье"

   Невозможно быть одновременно живым и мертвым. А интересно  уз-
нать, что там за гранью.
   Но почему зеленую траву и  красное  небо считают  второстепен-
ными. Стоп.
   Но почему зеленую траву и синее небо считают  второстепенными.
Стоп.
   Но почему зеленую траву и голубое небо считают второстепенны-
ми. Стоп. Неважно каковы фактура и цвет. Да, я знаю  много  умных
слов. "Фак-ту-ра. Что за чушь!" - сказали Вы, и захлопнули книгу,
нажали на кнопку, скомкали листок, порвали рукопись.
   А зря!  Сейчас  начинается самое интересное. Я буду  извергать
умные мысли. Вы когда-нибудь слышали о сложной структуре произве-
дений? Стоп. Вы когда-нибудь читали Роджера Зилязны. Кто это? Это
Роджер Желязны.
   Итак, Вы его не читали, и читать  не  хотите.  Стоп.  Закройте
книгу, нажмите на кнопку, скомкайте листок, рукопись не  рвите  -
отдайте мне. До свидания.
   Вы его не читали, но читать хотите. Оставайтесь с нами.
   Вы его читали, так перечитайте еще раз. Но пока оставайтесь  с
нами.
   Да, о чем я? А-а! О сложной структуре  произведений,  об  этом
ничего сказать не могу. Лучше я расскажу о сложной структуре  лю-
дей. Люди с очень простой структурой с нами уже расстались.  Хотя
некоторые остались, чтобы узнать почему они такие простые.  Тщет-
ные попытки. Вы все равно не поймете.
   Итак, некоторые, читая это произведение задумываются о  психи-
ческом здоровье автора. Зря! Психика у  него  сложной  структуры,
неопределенной фактуры и яркого цвета. Проведите  психиатрическую
экспертизу, и она покажет, что он здоров. Но не все  так  просто.
Вот он обычный человек, но закрываются двери,  закрываются  окна,
тухнет свеча (о круто, да?) и начинается погружение в глубины мо-
зга, за грань нормального состояния, изменяется структура, факту-
ра и цвет сознания. Все начинает двигаться, сверкать,  кувыркать-
ся. Структура  постоянно  изменяется,  фактура  меняется  быстрее
структуры, а цвет меняется быстрее  структуры  и  фактуры  вместе
взятых. И пишется рассказ, и поется песня, и возникают мысли, бе-
зумные мысли, из того разряда безумства,  когда  безумно  хочется
жить, пить, любить, сверкать и не тухнуть (опять круто) как  све-
ча. Но вот рассказ написан, песня спета, и не хочется возвращать-
ся в нормальный мир, но надо. Потому что сложная структура на  то
и сложная, чтобы можно было выдумывать вещи, неподвластные насто-
ящему безумцу. Фантазия великая вещь! Крутить  вещами  и  людьми,
быть понятым, но не до конца, быть мертвым, но не до  смерти.  Ко
всему этому призывает сложная структура мозга.
   Итак, благодарность - дочитавшим до конца,
   сочувствие - поверившим мне,
   восхищение - понявшим меня.
                                       Искренне Ваш,
                                          жутко сложный В.Киселев

                                                     Вова Киселев

                          ИНОПЛАНЕТЯНИН

   - Доктор, я инопланетянин.
   Инопланетянин был небрит, лыс, одет в телогрейку и смотрел ис-
подлобья.
   - Да-да, продолжайте.
   - Ну, так вот, это, сижу я на нарах, а тут голос,  это,  гово-
рит, мол, твое время пришло. Пора. Я говорю: "Чего пора?". А  они
говорят: "Тебя выбрали: Ты теперь инопланетянин". Ну я, это,  ис-
пугался, говорю: "И что теперь?". А они: "Теперь ты можешь все!".
   - Э-э, простите, а их, что было несколько?
   - Кого?
   - Голосов.
   - Почему, один был вроде.
   - Но вы же все время говорили "они".
   - Они?
   - Ну да - они говорят, они говорят.
   - А ну да. Двое их было.
   - Так вы же сказали один.
   - Как бы один, а как бы и двое.
   - Не понимаю.
   - Так ведь инопланетяне - кто ж их разберет.
   - Да, действительно. Дальше.
   - А че дальше, дальше я стал сигналы издавать.
   - Простите?
   - Ну да, сигналы. Как заору среди ночи. На азбуку морзе похоже
   - Да? А показать можете?
   Раздаются непонятные звуки.
   - М-да, действительно похоже. Еще что-нибудь?
   - Да вот, это самое, могу предметы взглядом двигать.
   - Очень интересно. Покажите.
   Раздается шуршание. Удивленные возгласы.
   - Изумительно! Да вы, Колченогов, не больной. Вы феномен.
   - Однако, доктор, это что за должность такая?
   - Позже! Позже, Колченогов! Еще что можете?
   - Я много чего могу, доктор, - неприятно усмехнулся "иноплане-
тянин".
   - Вы со мной не шутите, Колченогов. Феномен не  феномен,  а  в
шизо сразу загремишь.
   "Мишь-мишь" - раздалось эхо. В глазах у доктора  потемнело  на
секунду, произошла вспышка, затем все стало на свои места. Колче-
ногов поглядел на свой белый халат и усмехнулся. Доктор  поглядел
на телогрейку и взялся за  голову  руками.  Колченогов  нажал  на
кнопку - появился солдат.
   - Увести заключенного.
   - Да я - доктор!!! Доктор! Он вас обманывает! Это  инопланетя-
нин!!!
   - Совсем крыша поехала, - сказал солдат.
   - Притворяется, - сказал Колченогов и улыбнулся.


                                                     Вова Киселев

                         О смысле смысла

   Слово цепляет слово. Смысл цепляет смысл. А  если  не  смысла?
Нет, не так. Смысл есть всегда, даже в полной бессмыслице. Скажем
так: если смысл не прослеживается на поверхности,  а  теряется  в
глубине бессмыслицы, что тогда? А тогда нужно ловить  смысл,  го-
няться за ним изо всех сил, а поимав, гордиться собственной  про-
ницательностью. Какой смысл в произведениях, в которых смысл  ле-
жит на поверхности, раскинув в стороны свои конечности? В них  не
только  нет смысла, но и пищи для интеллекта. А  голодный  интел-
лект - это неприятная штука, я бы даже  сказал  лишенная  смысла.
Или, например, в чем смысл жизни? Ответ ясен - найти смысл жизни.
А зачем его искать если он известен? Мозги  взрываются  от  таких
противоречий. Но это еще не самое страшное.  Если  искать  смысл,
там где его нет, то можно опуститься до большого занудства. А нет
в мире ничего страшнее занудства. Где-то я  это  уже  читал,  или
нет?
   Итак какую основную мысль можно вынести из этого произведения?
Да, кстати, может быть основная мысль - это и  есть  смысл?  Нет.
Мысли приходят и уходят, а смысл остается. Что-то я не то сказал.
А что такое то? А что не то? Но это уже другая проблема.
   И в конце задание для эрудитов: Подсчитайте  количество  упот-
реблений в этом тексте слова "смысл", а так же однокоренных с ним
слов.


                                                     Вова Киселев

                        БЕСКОНЕЧНАЯ ПАРТИЯ

                                                Посвящается тебе,
                                                Да-да тебе,
                                                Кому же еще?

   Играть в шахматы на льду - глупо и неэстетично. Но если вы все
же занимаетесь этим, то берите с собой клюшку - хоть немного впи-
шетесь в окружающий ландшафт. Представьте себе: двое мужчин, опе-
ревшись на клюшки, окоченевшими пальцами передвигают фигуры, а их
дыхание клубами пара уносится куда-то вверх. Рядом проносятся де-
ти, неуклюже переставляя ноги в коньках на три размера больше,  а
временами и на четыре. Дети играют в хоккей, и иногда самые неук-
люжие, не справившись со своим телом, с грохотом падают прямо  на
доску. Но мужчины не сердятся, они, улыбнувшись, отряхивают малы-
ша, и заново расставляют фигуры. И партия начинается снова.  Пар-
тия в которой не важен результат, а важен сам процесс  игры.  Пе-
реставляются пешки, слоны, кони, черные и белые, белые и  черные.
И так до следующего падения. И опять все начинается заново.  Бес-
конечная партия, в которой нет ни победивших, ни  проигравших,  а
есть только участники. Чем-то эта игра напоминает постройку  кар-
точного домика - один миг и все разрушено, и нужно начинать  сна-
чала, а чем-то это напоминает жизнь - одно слово и разрушена  лю-
бовь, один выстрел и начинается война, одна мысль и  заканчивает-
ся жизнь, даже скорее не жизнь, а существование отдельного  инди-
видума в тесной оболочке вселенной. Но вернемся к  нашей  партии.
Очень редко, примерно раз в столетие  нашим  шахматистам  удается
доиграть до конца. И тогда восходит новое  солнце,  играет  новая
музыка и возникает новая вселенная. И двое мужчин собирают  фигу-
ры и идут домой. И сидят они у камина, и курят трубку,  а  что  в
ней? Табак или что-то другое, неизвестно. Только  блестят  у  них
глаза, и громко они смеются, глядя как огонь пожирает  королей  и
пешек, черных и белых, белых и черных, и трешит  доска,  и  белое
превращается в черное, а черное превращается в  пепел  и  клубами
дыма уходит куда-то вверх.
                                                         25.04.94


                                                     Вова Киселев
                        LSD-ДОСЬЕ (Vol.1)
             или путешествие в стране кривых извилин

  Может  быть  Солнце  играло  со мной в игру,  название  которой
"Вскипяти-Ему-Башку", или просто температура  моего  тела намного
превышало температуру окружающей среды, но я испытывал внутри го-
ловы нестерпимый жар,  именно внутри, а не на поверхности черепа.
У вас никогда не возникало чувство, что ваш мозг положили  на ки-
пящую сковородку и  медленно поджаривают? У меня это чувство воз-
никало, но я не наблюдал вблизи ни сковородки, ни огня, я не наб-
людал вообще  ничего, кроме Солнца и себя. Как  это может быть? -
спросите Вы. Не знаю. Но не было ничего - ни  неба,  ни земли, ни
воздуха - абсолютно ничего. Солнце и я. Я и Солнце. А вокруг пус-
тота, тишина и  бесконечность. Жуткое зрелище, а ощущение еще бо-
лее жуткое. Я чувствовал, что еще немного и мой мозг взорвется. А
может быть лучше пусть взрывается, потому что Я БОЛЬШЕ НЕ МОГУ!
  - Можешь, - раздался голос. Так как здесь никого не было, я по-
нял, что это Солнце.
  - Да пошел ты!
  Жар усилился, это  уже была не раскаленная сковородка, это было
полотенце облитое бензином.  Мой  мозг был полотенцем, а бензином
неизвестно что. Жар  продолжал расти, я почувствовал, что из ушей
у меня идет кровь. Я понял, что еще секунда и мои мозги перемеша-
ются, превратясь в бесполезное месиво. Для боли уже не было слов.
Я осознал,  что это критическая  точка, и тут раздалось..., ну не
знаю, скажем  Нечто, словно кто-то переключил программу телевизо-
ра. Боли не  было. Я огляделся. Опять ничего. Абсолютная пустота,
но я почувствовал, что кто-то смотрит на меня,  я посмотрел вверх
и увидел Луну. Тут я ощутил внутри жуткий холод. Что будет дальше
я уже понял. Я обхватил голову руками и громко заплакал...



                                                     Вова Киселев
                          ДОЧКИ - МАТЕРИ

   - Скушай помидорку, Светик.
   - Нет!
   - Ну скушай.
   - Не буду!
   - А ну жри помидор, быстро!
   - Не хочу-у-у! (плачет)
   - Я кому сказала, жри! (пихает в рот помидор)
   - В-э-э! (плачет еще громче)
   - Ах ты выплевывать, сука!
   - А-а-а-а! (нечленораздельные крики, плач)
   - Я тебе покажу, как выплевывать! Я за него деньги  платила, а
она выплевывать! (достает молоток и бьет ребенка по голове)
   Девочка дергается и затихает.
   - Вот попросишь, а я тебе не куплю больше.
   Девочка обиженно смотрит одним глазом (второй вылетел и висит,
словно на веревочке), и ничего не отвечает.
   Наверное обиделась, дурочка!


                                                     Вова Киселев
                               ЛУНА

   Пустота и темнота. И только Луна смотрит  в  окно.  Смотрит  и
молчит. А ведь хочет что-то сказать, а молчит падла! Я  то  знаю,
она хочет, а молчит! Молчит и хочет. Ненавижу!  Нельзя  как  нор-
мальные люди сказать: "Да, я хочу!". Так нет, она  мозги  крутит,
смотрит так ласково, глазами моргает и молчит. Я выхожу на  улицу
и кричу: "Ну скажи хоть слово, скажи!". И опять молчание, и опять
пустота, и опять темнота. Луна, ты дура! Я же вижу, когда я голый
выхожу на улицу, ты смотришь во все глаза, и хочешь  что-то  ска-
зать и молчишь, молчишь, сука! А этот доктор тоже  дурак,  это  ж
надо такое сказать, что Луна это не женщина, а спутник Земли.  Да
он ненормальный! Извращенец! Ему наверное  нравится  Солнце,  эта
уродина, на нее же противно смотреть, вся в пятнах и  глаза  сле-
зятся, вот действительно противная рожа. А я Луну  люблю,  и  она
меня, только она молчит - хочет и молчит, но я то знаю, а  доктор
извращенец! Но я то хитрый, я его обманул, я согласился, что Луна
не женщина. Конечно она не женщина - она девушка. Не то что  Сол-
нце - дура желторожая! Ну ладно, пойду еще раз по улице голый по-
бегаю, может откликнется, а если нет, то уйду к  Солнцу,  она  то
мне в первый день ответила.


                                                     Вова Киселев
                   Лекция по высшей математике
                        или мысли про себя
                                                Познавший дождик,
                                                познает все.
                                                             Я

   Интеграл возник передо мной внезапно, с шумом разваливаясь  на
части, и тут же тая, как тает в теплой комнате снег, прилипший  к
лыжам, оставляя противные, грязные лужицы, подобные тем  лужицам,
которые возникают, когда маленькая волосатая собачка написает  на
пол.
   Д, кстати, о чем я? Впрочем не важно. Грязные  собаки  дырявят
взглядом пол, даже не подоозревая об этом. Маленькие жучки  дыря-
вят взглядом собак и даже не подозревают об этом.  Так  почему  я
должен знать о чем будет рассказ? Ведь это же не интересно. Лучше
писать как-будто только читаешь его и открываешь все новое и  но-
вое. За каждой буквой - неизвестность. Значит я пишу рассказы для
себя? Нет! Ведь неизвестность превращается в известность, и неиз-
вестно кто создает образы - мы их или  они  нас.  Маразм,  сумас-
шедствие, - скажете Вы. Да это правда. Сойти с привычного  потока
сознания - это так страшно, ведь там темно и  там  неизвестность.
Но вот ты ушел вправо или влево, хотя  там  не  направления,  там
есть только желание соскочить в область подсознательного, и появ-
ляются новые слова и новые образы, и слова льются с ручки  бурным
потоком, и не надо задумываться над смыслом, его просто нет. Есть
красота, безумная красота, но ее не так просто  достигнуть,  если
не обладаешь богатым воображением. Для этого  и  нужны  рассказы,
подобные этому, хотя может и не нужны. Ну ладно, пора закруглять-
ся (лекция кончается)... Итак интеграл возник передо мной,  но  я
забил его потоком слов, которые я уже забыл, как впрочем и интег-
рал, чего я собственно и добивался.
   Прискорбно, но это конец.


                                                     Вова Киселев
                             НА ГРАНИ
                                           Стояла банка на столе.
                                           Зачем стояла?

   Зачем карабкаться по грани куба, цепляясь  за  липкую  поросль
дождя?
   Зачем копаться в клубах дыма, держась одной  рукой  за  побеги
ветра?
   Зачем искать реку меняя перчатки на листья ночи?
   Бесполезные занятия! И мало того  -  бессмысленные  до  ужаса,
страха, террора. Зачем последнее? Террора не бывает  без  страха,
страха без террора.
   Зачем заниматься всем этим, если ветряные мельницы дырявят не-
бо, подобно  грибам,  растущим  на  поверхности  склепа.  Сырого,
смрадного, темного склепа. Там похоронен медведь. Тяжелый,  воло-
сатый, набитый опилками, пахнущий опилками, лежащий среди опилок.
А стружки? А на стружках растут грибы. Те  самые  грибы,  которые
дырявят небо. И они пахнут как  двери.  Двери,  свежеспиленные  и
поставленные среди ночи охранять небо  от  ветряных  мельниц.  Не
правда ли продуманная система: небо-грибы-мельница, мельница-гри-
бы-небо. И так они существуют вечность, если не больше. Они ужас-
но, страшно, избыточно надоели друг другу, но  взаимодействуют  и
сидят в одной камере, имя которой склеп. И не будем забывать мед-
ведя. Он ключевой элемент в этой системе. Что такое ключевой эле-
мент? Это ключ. Большой, жирный, черный. Он смотрит на Вас и про-
сит зайти через день или два. А пока он спит и видит сны. И видит
он небо, и видит он двери, и видит он грибы,  даже  не  грибы,  а
плесень, если не сказать гниль. Но это не важно, а важно то,  что
когда приходишь через день или два, он  просит  зайти  еще  через
день или два, и так длится вечность, если не  больше.  Поэтому  и
зовется он ключом. Ключом, которым нельзя ничего открыть.  Почему
же он зовется ключом? Потому что он оставляет надежду, которая  н
гаснет вечность, если не больше. Но как же открыть  дверь?  Очень
просто. Есть дверь, у которой есть ключ,  которым  нельзя  ничего
открыть, но нет у них стены. Стены нет! Но не каждый  видит  это.
Это видит только тот, кто цепляется за липкую поросль дождя,  кто
держится одной рукой за побеги  ветра,  кто  меняет  перчатки  на
листья ночи. Только таким людям позволено познать отсутствие сте-
ны и забраться на небо, где растут грибы  как ветряные  мельницы,
где пляшут огни страха на вершине дня, где возникают тени, длиною
с бесконечность, где можно увидеть все, что нельзя представить: и
абсолютный свет, и абсолютную тьму, и сам Абсолют. А  о  чем  еще
можно мечтать? Так что пойду карабкаться по грани куба,  цепляясь
за липкую поросль дождя, копаться в клубах  дыма,  держась  одной
рукой за побеги ветра, искать реку меняя перчатки на листья ночи.
И может быть мне удасться познать отсутствие стены, чего я и  вам
желаю.


                                                     Вова Киселев
                   ДЕСЯТЬ МЕРТВЫХ КОНТРОЛЛЕРОВ


                   Десять мертвых контроллеров
                   Плакали навзрыд.
                   Был изорван, измордован,
                   Беден из прикид.

                   Были жалки эти лица
                   Горькие от слез.
                   Я смотрел как кровь струится
                   Из глазных желез.

                   И висел, как на веревке,
                   Ярко-синий глаз.
                   И ему, наверно все же,
                   Жутко не до нас.

                   Он, наверное, витает
                   Где-то в мире грез.
                   И на грудь с него спадает
                   Капля красных слез.

                   Если это видел кто-то,
                   Тот меня поймет.
                   Десять мертвых контроллеров
                   Больше не живет.


                                                     Вова Киселев
                  Там, где никогда не идут дожди

   Он шел, неуверенно ступая по асфальту. То ли он никогда не ви-
дел асфальта, то ли видел, но редко, то  ли  по  какой-то  другой
причине, но этот человек смотрел на асфальт с таким  благоговени-
ем, что у прохожих возникали мысли о  его  психическом  здоровье.
Они были недалеки от истины. Нет он не был ненормален, просто па-
рень немного выкурил гашиша. Совсем немного,  но  этого  хватило,
чтобы вид асфальта вызывал необычные  ассоциации  и  беспричинную
веселость. Тут его внимание привлекла пустая  банка  из  под  Ко-
ка-Колы. Он долго оглядывался в поисках удобного места для посад-
ки, но все же уселся в лужу в самом центре тратуара и  стал  рас-
сматривать банку с таким видом, как будто она была по меньшей ме-
ре чем-то уникальным, доселе невиданным и вообще  из-ряда-вон-вы-
ходящим. Тут для честности стоит добавить, что гашишем парень  не
ограничился, и проглотил с утра немного  мескалина,  поэтому  его
поведение выглядело чуть-чуть странным. Прохожие старательно  об-
ходили задумчивого молодого человека, бросая недоуменные взгляды.
Тут его увидела Она. Историческая встреча началась таким образом:
Она села рядом в лужу и весело сказала:
   - А что, у простыни тоже есть клетки или их можно посчитать?
   Он оторвал взгляд от банки и сказал не менее глубокомысленно:
   - Кровавым рассветом покрылись закаты, а книга успела остыть.
   - Отдайте браслеты, отдайте гранаты, и можете в Африку плыть,-
продолжила она.
   - Хуже, мало смысла. Но ты молодец. Он  впервые  посмотрел  на
нее и старательно отвел глаза.
   - Пойдем туда, где не знают ветра, где растут дикие кактусы, и
и могила старого волка покрывает поверхность океана.
   - Пойдем.
   Они взялись за руки и отправились в, только им известном, нап-
равлении. Теперь прохожие с недоумением смотрели на странную  па-
рочку в мокрых потертых джинсах, идущую  по  центру  тратуара,  и
расступались перед ними. А молодые люди не замечали ничего вокруг
и шли вперед, подобно кораблю, рассекая толпу.
   Наступил вечер. Они все шли, и у обоих блестели глаза,  и  тут
он сказал:
   - Стоп.
   - Стоп?
   - Да. Стоп.
   - Ах, стоп.
   - Да.
   Они сели на траву. Парень поцеловал ее. Они легли на траву. Он
поцеловал ее снова. Молча, не говоря ни  одного  слова,  он  стал
раздевать ее. Это не заняло много времени. На ней было всего  че-
тыре элемента одежды: белая майка с эмблемой  университета  штата
Калифорния, потертые джинсы, раздолбанные кроссовки, а также  ма-
ленькие белые трусики. И все. Он был одет практически также.  От-
личие было только в трусах. На нем были огромные черные трусы  по
колено. Когда все эти вещи были сложены  аккуратной  кучкой,  они
занялись любовью. Процесс был длительный,  но  описывать  его  не
имеет смысла, так как у нас не эротический роман. Через  час  они
лежали обнявшись и по-очереди курили марихуану. Тут  она  сказала
первую, после их встречи в городе, фразу:
   - Как тебя зовут?
   - Зови меня Он.
   - Тогда я буду Она.
   - Вот и чудно. Хочешь мескалина?
   - А что это?
   - Вещество, добываемое из кактуса Пейот. Славная вещь.
   - Давай!
   Они съели по паре кусочков. Мир изменился. Стало светло и уют-
но. Звезды пели песни и касались лучами каждой  травинки.  Каждая
травинка была такой зеленой, что хотелось  выковырять  глаза.  Он
посмотрел на нее. Ее идеально сложенное тело пахло любовью. Запах
казался настолько сильным, что он сдавленно сказал:
   - Я тебя люблю.
   - Нет. Это я тебя люблю.
   - Нет. Я!
   - Нет. Я!
   - Я. Нет!
   - А, издеваешься! - сказала Она.
   - Давай играть в игру.
   - Какую?
   - Не имеет значения.
   - Давай.
   - Он поцеловал ее.
   - А в чем правила? - спросила Она.
   - Узнаешь.
   Они снова занялись любовью. Ему казалось, что он птица, и  ле-
тит глотая воздух, который почему-то стал твердый и по вкусу  на-
поминающим ананас. Ей казалось, что  она  море,  и  рыбы  плавают
внутри нее, вызывая неописуемое блаженство. Рыбы весело резвились
на солнце. Это были даже не рыбы, а дельфины. И она  одновременно
была и дельфином, и морем, что приводило ее в непонятный восторг.
Тут ночь стала ярче дня, тишина громче  музыки,  и  даже  сверчки
умолкли из-за уважения к происходящему. Слились два разума, и оба
увидели одно и то же. И не передается это словами, это нужно уви-
деть глазами, услышать ушами, почувствовать каждой клеточкой  те-
ла. Они это почувствовали. И оба провалились в забытие. Когда они
проснулись ярко светило солнце. Влюбленные стали со  смехом  оде-
ваться.
   - Что это было? - спросила она.
   - Игра.
   - И как она называется?
   - А ты не поняла?
   - Поняла. Ну а все же?
   - Как же еще - Любовь.
   - Да. Любовь.
   - Пойдем.
   - Куда?
   - Туда, где никогда не идут дожди.
   - Никогда?
   - Никогда.
   - Пойдем.
   И они пошли. И не было прохожих, чтобы удивиться странной  па-
рочке. А удивиться было чему. Они шли ни на секунду  не  выпуская
рук друг друга, шли вперед, и лица  их  светились  таким  блажен-
ством, что казалось, что это не люди, а ангелы. А может это так и
было на самом деле. Два ангела в  драных  джинсах  и  застиранных
майках шли в страну, Где-Никогда-Не-Идут-Дожди, и точно знали где
она находится. Я тоже знаю, но вам не скажу,  секрет  как  никак.
   Все конец, а может быть начало, как знать.

                                                       27.06.1994


                                                          Вова Киселев
                                КРИЗИС

   Она возникла внезапно, с шумом пронеслась мимо, и так  же  внезапно
исчезла.
   Стоял жаркий июльский день, такой жаркий, что плавился асфальт, та-
кой июльский, что календарь сходил с ума, потому что была зима. Почему
он стоял, а не лежал, не сидел, не висел, с шумом не проносился  вдаль
не знали ни белый дятел с красным хохолком, ни синий дятел с белым хо-
холком, ни даже голубой дятел с синим хохолком, хотя  этот  был  таким
дятлом, что не знал вообще ничего.
   Он возник жутко медленно, так медленно, что казалось, что он  и  не
возник вовсе, а все время здесь и находился. Впрочем может так  оно  и
было, ведь человеческое зрение лишь иллюзия, навеянная высшим разумом,
который и сам то не безгрешен и видит иногда такие  галлюцинации,  что
нам и не снились.
   Он вообще являлся полной ее противоположностью, но если вы  подума-
ли, что он - это высший разум, то вы ошиблись,  это  была  специальная
стилистическая ошибка, чтобы вас запутать. Зачем? Да хотя  бы  потому,
что в первом классе учительница поставила мне за первый диктант  трой-
ку. А если вам мало этой важнейшей причины, то считайте, что по  вред-
ности характера. Так вот он не был высшим разумом, а был полной проти-
воположностью ей. Если она с шумом пронеслась мимо  меня  и  преврати-
лась в точку (кстати точка это геометрическое место точек, т.е.  точка
в которой находится точка. Не правда ли вопрос  достойный  обсуждения,
как с философской точки зрения, так и с  математической,  что  впрочем
одно и тоже), то он (вы еще не забыли о чем мы?) тихо прошел мимо  ме-
ня и превратился в квадратик (а вы знаете что  такое  квадратик?  Нет?
Так вот, квадратик - это квадрат, только  маленький).  Лев  Толстой  в
гробу перевернулся бы от зависти, если прочитал бы это предложение. Но
так как у него нет ни гроба, ни глаз, то оставим его в  покое.  Возни-
кает законный вопрос. Какой? Забыл. А, нет, вспомнил. Почему так  жар-
ко если зима? Так ведь зима-то в Австралии, а там кенгуру. Хотя кенгу-
ру здесь лишнее. Возникает еще один законный вопрос.  Да,  кстати,  не
слишком ли много законных вопросов? Просто беззаконие какое-то! Но раз
вопрос возник - надо отвечать. Нет, сначала надо задать вопрос, а  по-
том отвечать. А то представьте себе, если бы сначала отвечали на  воп-
рос, а потом задавали его. Нонсенс! Абсурд! Ядерная катастрофа!  Стоп.
Пичем здесь катастрофа? Мои ассоциации пугают меня самого. Но  вернем-
ся к законному вопросу. Вот он. Где? Вот! О чем этот текст? Скажу чес-
тно, сам не знаю. Но поверьте, не со зла вводил вас в  заблуждение,  а
токмо ради воли покойной супруги. О чем это я? Не, пора заканчивать, а
то я себя уже не контролли-ру-ю!!!! Завяли фантики  вчерашних  столби-
ков, а столбики печалются, потому что у них нет краников...


                                                          Вова Киселев
                        Дочки-матери. Часть II.

   - Можно конфетку съесть, мам?
   - Ты уже целую коробку съела.
   - Ну, мам? А, мам? (протяжно)
   - Нет!
   - Ну, мам?
   - Я сказала нет!
   - А-а-а! (плачет)
   - На, жри!!!
   Кидает в девочку вазу с конфетами. Раздается глухой  звук,  неясный
вскрик. Девочка падает, перебирает ножками и умирает. Течет  кровь  из
огромной дыры в середине черепа,  кровь  перемешанная  с  несмышлеными
мозгами, непонимающими, что когда у мамы плохое настроение, а это  бы-
вает примерно раз в месяц, к маме приставать нельзя. Это же так  прос-
то.
   Мама пустыми глазами смотрит на труп и предлагает девочке конфету в
окровавленной обертке, при этом ласково бормоча:
   - Скушай конфетку, дочка, скушай конфетку, дочка, скушай  конфетку,
дочка...


                                                          Вова Киселев
                          Сказки миссис Хикки

   Ее жутко синие глаза бессмысленно смотрели в  пространство.  Миссис
Хикки бегло взглянула на дочку и спросила:
   - Что с тобой, девочка моя? Не заболела ли?
   Примерно через полминуты Алиса одарила мать ответом:
   - Да нет... Нет да... Да нет... Нет да...
   - Заткнись.
   - Мам, а почему говорят: да нет, а не говорят: нет да?
   - О, господи! А почему говорят: жопа с ручкой, а не говорят:  ручка
с жопой?
   - Да, действительно, почему?
   - Почему, почему! Достала уже. Иди спать, завтра рано вставать.
   - Зачем?
   - Чтобы успеть проснуться.
   Ответ надолго озадачил Алису. Она сидела молча, но спать не отправ-
лялась. Так продолжалось около получаса. Мать опять взглянула на  дочь
и потребовала:
   - Иди спать.
   - А сказка?
   - Ладно, прийду. Жди.
   - Сколько?
   - Проваливай!
   Девочка что-то пробормотала себе под нос и поплелась в спальню.
   Алиса уже заканчивала считать иголки у пластмассового ежика,  когда
в спальню вошла миссис Хикки:
   - Ну ладно, слушай...
                               СКАЗКА N1

   Это случилось так давно, что уже никто не помнит когда, так  давно,
что многие не помнят что случилось, и наконец, так давно,  что  только
один человек знает где это происходило.
   Так вот, этим свежим осенним утром, а может быть вечером, что впро-
чем, одно и то же, пара не то людей, не то нелюдей  (что  вытекает  из
законов логики) отправились на рыбалку или мясалку, а скорей всего  на
овощалку в темный лес. Да, кстати, он был не такой уж темный по  срав-
нению с этим же лесом ночью. И вот эти люди (нелюди), для простоты бу-
дем называть их Некто, пришли в вышеназванный лес, чтобы  добыть  себе
еды, любой еды, поэтому я и применила такие новообразования как мясал-
ка и овощалка, да, еще забыла грибалку, потому что грибы,  это  вообще
какая-то плесень, только съедобная.
   Так вот, эти Некто притаились в засаде, что  было  довольно  глупо.
Неужели они думали, что мимо них пробежит какой-нибудь овощь или гриб,
я уже не говорю о рыбах, которые, во-первых, не бегают, а  плавают,  а
во-вторых, если и плавают, то в воде, и хотя в данном  лесу  было  до-
вольно сыро, рыбы там не водились. Единственной надеждой этих голодных
была какая-нибудь живность. Но этот шанс тоже был достаточно  призрач-
ным, потому что никаких приспособлений для ловли животных у них не бы-
ло, да и не могло быть, ведь это было так давно, что тогда вообще  ни-
каких приспособлений не было.
   Итак, эти бедолаги стояли в кустах, когда прибежала их  первая  на-
дежда на добычу, это был огромный зверь, непонятной наружности. Надеж-
да, секунду посмотрев на охотников, скрылась в чаще.
   Много часов стояли, много зверей неведомых  видели,  но  никого  не
поймали. И так они проголодались, что озверели. И нет чтоб пойти поис-
кать грибов каких-нибудь или съедобных корней, нет, до  этого  они  не
додумались. Принялись эти Некто пожирать друг друга. Не то чтобы  сов-
сем съели, но по изрядному куску откусили. И тут произошло  удивитель-
ное событие: все откусанные части сразу же отросли. Посмотрели  ребята
друг на друга и возрадовались. И поняли Некто, что они вовсе не Некто,
а Великая раса Самоедов. Вот так и началась история этого великого на-
рода. И было это задолго до зарождения человечества, а может и гораздо
позже после смерти оного. А может быть и не на Земле вовсе. Но об этом
в следующий раз. Пора спать.
   - Ну, мам?
   - Завтра, а сегодня... СПАТЬ!!!

                                                          Вова Киселев

          Сказка про репку или как все это было на самом деле

   Посадил дед репку. Вырос этот овощ до гигантских  размеров,  доселе
невиданных в данной местности.
   И наступило время убирать урожай. И пришел  дед  на  поле,  и  стал
смотреть на свою репку, и не мог налюбоваться.  И  ...,  нет,  слишком
много союзов для такой маленькой сказки.
   Просто ..., э-э, стал он ходить вокруг репы, предвкушая известность
на всю округу, статьи в газетах, а где известность там и деньги, там и
водка, которую, кстати можно закусить этой прекрасной  репкой,  а  для
репы таких размеров нужна по меньшей мере цистерна водки, а  где  цис-
терна водки, там и большие гулянки, которые приводили в восторг  весе-
лого старичка. Думая все это он принялся за изъятие овоща из земли.
   Раз потянул, два потянул, хоть бы на сантиметр  сдвинулась.  Опеча-
лился дед, потому что если звать соседей, то придется делиться славой,
а значит и всем перечисленным выше. Но тут  он  увидел  приближающуюся
свою супругу, так сказать, бабку:
   - Что, дед, репу домой не несешь, знатная репа. На всю зиму хватит.
   - Да вот, вытащить никак не могу.
   - Да, дед, совсем ослаб. Ни репы, ни х.. поднять не можешь.
   Тут надо сказать, что бабка была женщина простая и в выражениях  не
стеснялась. И хотела она просто выразить сожаление в том, что  муж  не
удовлетворял ее в сексуальном плане.
   Дед покраснел и сердито сказал:
   - Восьмой десяток уже, а все об одном думаешь, прости душу грешную!
Шлюха!
   - Импотент паршивый!
   Это было единственное научное слово, которое знала бабка. Но  выго-
варивала она его твердо и использовала при каждом удобном случае.
   - Ладно, заткнись, шлюха подзаборная! Давай  лучше  репу  попробуем
вытащить. Хватайся сзади.
   - Может я лучше спереди стану. Вдруг возбудишься.
   - Е...., - сказал дед и измученно закатил глаза к небу, - Хватайся,
кому сказали.
   Бабка проворчав чего-то, схватила деда сзади.  Потужно  кряхтя  они
несколько раз потянули репку, но тщетно. Их усилия  привели  только  к
обрыванию пары листьев ботвы.
   Теперь настала очередь пригорюниться бабке. Вдвоем они  сели  около
злополучной репки и слезы наворачивались им на глаза.
   Тут вдали появилась их любимая внучка. Девушка приятная во всех от-
ношениях.
   - Эй, внученька! - взревел дед.
   Через полминуты внучка появилась со словами:
   - Че орешь дед? Во, чума, это че свекла?!
   - Не, деточка, это репка.
   - Ну ты даешь, дед! Деточка! Во прикололся! А че ты такой обломлен-
ный? Мож курнуть хочешь? Или ширнуться? На, дед, полегчает. А ты,  ба,
хочешь?
   - Одного я хочу. Да наверное помру не пое.....сь напоследок.
   - Ну ты ваще, бабка. Нимфоманка.
   - Да какая там нифоманка. Давай, че у тебя там, конопель?
   - Темная ты, бабка. Это не конопель, а марихуана!
   - Да ну, а на вид как конопель.
   - Вот дура-то, - вставил свое замечание дед, - Одно слово  -  шлюха
тупоголовая.
   - Импотент паршивый!
   - Ладно, предки, что расшумелись?! Свеклу че не вытаскиваете?
   - Да вот, не можем осилить. Может подсобишь?
   - А че не подсобить? Вот только курнем сначала.
   Что они и сделали. Трава была сильная и зацепила семейку конкретно.
Аж до глюков.
   - Глянь-ка собака бежит ... сюда, - с трудом выговорила бабка.
   - Это ж эта ..., как ее ... э-э ... кошка!!!  К-кошка.  Кис-кис,  -
сказал дед.
   - К-к-кошка, ха-ха-ха! - залилась громким смехом внучка.  Она  сме-
ялась минуты полторы все время повторяя:
   - Дед, я не могу на тебя. К-кошка. Ха-ха-ха!
   Затем она все же успоокоилась и сказала:
   - К-какая к-кошка. Это же крыса! Просто крыса. Кры-са.
   Тут смехом зашлась бабка, и пальцем  показывая  на  собаку,  кошку,
крысу, которая на самом деле была жирной черной вороной,  крикнула  со
всей дури:
   - Ко мне!!!
   Ворона испугавшись, взмахнула крыльями и улетела.
   На ее отбытие мало кто обратил внимание. Дед пробормотал  себе  под
нос что-то типа: "Все кошки суки и шлюхи" и принялся  рыть  соломинкой
землю вокруг репы. Наблюдая его действия, бабка сказала:
   - Вот бы ты так же членом орудовал.
   Дед ничего не ответил, но стал рыть еще ожесточеннее, почему и сло-
мал соломинку.
   Через полчаса начался полный бардак. Дед совершал какие-то непонят-
ные ритуальные движения около репы. Бабка абсолютно голая носилась во-
круг деда со словами:
   - Глянь-ка! Какая я красивая. Дед не обращал внимания на нее и про-
должал свое действо.
   Внучка с блаженной улыбкой наблюдала все происходящее. Хотя может и
не наблюдала, но глаза у нее были открыты.
   Всю эту грандиозную тусовку обломало появление огромного грузовика.
Оттуда вышли трое мужчин. Один из них был одет в белый халат,  осталь-
ные в рабочие спецовки.
   - Господа, извините, что прервали ваше веселье, - сказал мужчина  в
белом халате и с любопытством посмотрел на  бабку.  Та  вся  покрылась
краской и накинула на себя какую-то тряпку.
   Он продолжил:
   - Согласно постановлению Департамента Науки, ваша репа подвергается
изъятию для дальнейших научных исследований.
   Тут до деда дошло, что кто-то приехал и он прекратил кружить вокруг
репы и мутными глазами посмотрел на Белого Халата. Тот скомандовал ра-
бочим вытянуть репу и погрузить на машину. Тут дед понял, что  у  него
хотят отнять любимую репку:
   - Не позволю! Убью!
   Он кинулся с безумными глазами на рабочих, но был остановлен подлым
ударом ниже пояса. Старик свалился на землю с криком:
   - Яйцы мои, яйцы!
   Бабка с внучкой мигом завизжали и зарылись в отдельные части бабки-
ного туалета, лежавшие небольшой кучкой. Так, несмотря на жалкое  соп-
ротивление, репа, на удивление легко, была вырвана из земли и увезена.
   Вся семья погрузилась в скорбь. Была ли это чистая скорбь об утрате
репы или так подействовали наркотики? Какое это имеет значение! С  де-
дом, бабкой и внучкой поступили подло и бесчеловечно, но все-таки есть
справедливость на свете.
   Эта злосчастная репа оказалась жутко ядовитой и половина  Централь-
ной биологической лаборатории отравилась ею. Естественно на смерть.  В
том числе и подлый Белый Халат, который был у них главный.
   А дед, то ли с горя, то ли в следствии полученного удара в  область
половых органов, то ли по другой причине в тот же  вечер  занялся  лю-
бовью с бабкой, первый раз за последние двадцать лет.
   И зажили они счастливо. И стали сажать рожь.  И  разводить  на  ней
плесень по названием спорынья. Зачем? Кто знает  что  делают  из  спо-
рыньи, тот поймет. А кто не знает, что ж, может быть вам станет  инте-
ресно, и вы постараетесь узнать, что уже само по себе замечательно, не
говоря о том, что наконец заканчивается это повествование о гигантской
репе, которое извратили пересказчики, превратив ее в примитивную сказ-
ку для детей.

                                                          Вова Киселев
                            СТАЛЬНОЙ МОРФЕЙ

   Запах утреннего кофе бьется в  нос,  выдавливая  последние  остатки
сна. Сна удивительного, прекрасного, безумного, безумного  и  еще  раз
безумного. Первая мысль, вторая мысль... о чем-то будничном, например,
о завтраке, и сон забывается, оставляя в сознании только ощущение лег-
кой щекотки. Но...
   Есть же трамвайные рельсы!  Чувствую  возмущенные  возгласы:  опять
трамваи, опять рельсы, опять бессмыслица, опять Вова Киселев. На  счет
последнего это к сожалению правда. Почему к  сожалению?  А  почему  бы
и нет? Но в остальном вы не правы, ни бессмыслицы, ни бреда, ни психо-
делии здесь нет. Чистый реализм, железная логика.
   Так вот, представьте себе: Утро. Рельсы. Идет трамвай.  С  грохотом
он проносится мимо вас и тут вы делаете то, зачем вы, собственно гово-
ря, и пришли сюда, а именно то, что я проделываю каждый день. Вы  нак-
лоняетесь к еще теплым, трепетно дрожащим рельсам и бьетесь  со  всего
размаху об них головой. И уверяю вас, сновидение  вернется  к  вам  во
всех подробностях, расцвечивая ваше существование прекрасными картина-
ми ночных приключений.
   Да, может быть, со стороны это кажется странным, и вы  можете  под-
вергнуться осмеянию или даже преследованиям со стороны окружающих.  Но
поверьте, мир стоит гораздо больше этих мелких неприятностей.
   Заверяю вас, попробуйте и не пожалеете!
                                                   Искренне ваш,
                                                            В. Киселев

                                                          Вова Киселев
                                ЕДА МОЯ

   Почему надо мыть руки перед едой?
   Почему надо унижаться перед этим ничтожным существом?
   Забудь!!!
   Сто микробов, тысяча, миллион, наконец, не стоят тех  мук  совести,
поставленной на колени перед едой.
   Кто она?!
   Дерьмо!
   Забудь ее! Забудь ее вкус, забудь ее запах, забудь ее вид.
   Лучше забудься!
   Небытие...
   О, где...
   Твоя сладость!
   Транс!
   Нирвана!
   Астральное тело не нуждается в еде.
   От еды все беды.
   Где ты?
   С тобою все мои мечты. Тебя мне очень не хватает!
   ЕДА!!!
   Я согласен мыть перед тобой руки. Целовать твои  ноги.  Опять  мыть
руки, целовать ноги.
   Но где ты?!
   Мечта моя!
   ЕДА!!!
   Я все врал. Я хочу тебя! Хочу больше всего на свете. Отдайся мне! Я
помою ноги, я помою руки.
   До крови!
   До костей!
   Только приди.
   ЕДА!!!
   Кусок хлеба, кусок мяса, кусок сыра, кусок дерьма.
   ХОЧУ!
   Тебя!
   ЕДА!!!
   Приди.
   Мой желудок усох, также как и тело. Оно пожрало само себя. Оно пож-
рало все, что возможно еще пожрать. Остался лишь мозг. Но я  чувствую,
что оно пожрет и его!
   А - А - А !!!
   Ненавижу тебя.
   ЕДА!!!
   Где ты?!
   Приди.
   А - А - А !!!
   Но я опять врал!
   Да я хочу тебя.
   НО.
   Я не буду мыть руки перед тобой.
   ХРЕН ТЕБЕ !!!
   Я умру!
   НО.
   Я не помою руки перед тобой!
   Никогда!
   Ни за что!
   Хрен тебе.

   С У К А ! ! !

   . . .

   Газета "N-ская правда",  17 июля :  "Голодная  смерть на продоволь-
   ственном складе"

   Гражданин С. был найден мертвым в своей квартире. Причина смерти  -
полное истощение, вероятно в результате длительного голодания. Что са-
мое любопытное, дом гражданина С. больше походил на  продовольственный
склад. При осмотре было обнаружено огромное количество различных  про-
дуктов на общую сумму около 800.000 рублей. Что заставило С.  голодать
при таком обилии еды? Это вероятно навсегда останется загадкой.  Но  с
уверенностью можно констатировать, что это была одна из самых  необыч-
ных смертей, произошедших в нашем городе.

                                                          Вова Киселев
                          ИЗ ЖИЗНИ ПРИДУРКОВ

   Первый Придурок посмотрел на Второго Придурка и веско заметил:
   - Ну и придурок же ты!
   - Заткни свою бабушку себе в жопу, - остроумно отпарировал тот, - И
вообще пора жрать.
   - Что?
   - Как что? Жрут жратву. Или ты  хочешь  сказать,  что  можно  жрать
что-то другое? - сказав это, Второй победоносно уставился на Первого.
   - Жрать водку, например.
   - Э-э. Да, а что есть водка? - жалобно спросил Второй, при этом его
лицо приняло мечтательное выражение и кадык на его тонкой шее  жалобно
задергался.
   - Нету! - резко отрезал Первый, - и жратвы тоже нет.
   Мечтательное выражение сменилось выражением тоски и уныния:
   - А что мы вообще будем делать?
   - Кататься на велосипеде.
   - А у тебя есть велосипед?
   - Я пошутил, дятел!
   - А-а.
   - У-у.
   - Почему "У-у", обычно говорят "Бэ-Бэ"?
   - Почему, почему! По кочерыжке!
   - Обычно говорят "по кочану".
   - По какому качану?
   - Который в капусте.
   - В каждой капусте - кочерыжка, придурок!
   - Сам дурак!
   Тут пролетел немецкий самолет и прервал этот  замечательный  диалог
при помощи мощного обстрела земной поверхности из немецкого  пулемета,
у которого была царапинка на левой стороне дула, а как  она  появилась
это другая история.
   В общем, все умерли.
   Конец.

P.S. О, лень - что делаешь ты с нами, рогатая мерзавка!
                    В.Е. Киселев
P.P.S. Ну и дурак же я!
                    Вова Киселев
P.P.P.S. Но дурак я не всегда, только местами и временами, а так я ум-
ный до чрезвычайности!
                    Вовка Киселев
P.P.P.P.S. Но не скромный!
                    Володька Киселев
P.P.P.P.P.S. Ну все пока!
                    В.К.

                                                          Вова Киселев
                             НЕПОНЯТКА N1

   Один почти мертвый человек не хотел спать. И правильно. Только зас-
нул, и сразу умер. Даже невозможно сказать. Сначала он заснул, а потом
умер, или сначала умер, а потом заснул.
   Хоронили весело, с песнями. Пили водку, ели что-то. Вдруг звонок  в
дверь. Думали еще один гость пришел или даже два. Открывают. А там  Он
стоит. Покойник! Оказалось он все-таки сначала умер, а потом заснул. В
гробу проснулся и пошел домой. От неожиданности некоторые  испугались,
но потом еще больше развеселились. Давай водку пить  на  радостях.  До
того в тот день допились, что два гостя умерли.
   Хоронили весело с музыкой. В два  раза  веселее.  А  тут  звонок  в
дверь. Все сразу насторожились. И точно, стоят эти  двое  трезвые  как
стеклышко - мало того живые. Оказалось, они сначала напились, а  потом
умерли. Протрезвели и сразу пошли не домой, а на поминки. Ну тут вооб-
ще жуткая гулянка началась. Шесть человек погибло.  Сегодня  похороны.
Что будет, что будет...

                                                          Вова Киселев
                             НЕПОНЯТКА N2

   Чайник хотел вскипеть. Да ни как. А кастрюля ему орет:
   - Тужся, тужся.
   А чайник ей в ответ:
   - Я что роженица, дура?
   Но сам давай тужиться. Тужился, тужился и лопнул.
   Вот такая грустная история.


                                                          Вова Киселев
                          Жареные апельсинЫ

                                                  Солженицын не убивал
                                                  мертвых собак, он их
                                                  только мучил

   Эта история не о кулинарии, и даже не о любви, а просто о смерти  -
добровольной, ненасильственной, хотя впрочем именно с насилия,  точнее
с изнасилования все и началось.
   Аня возвращалась домой с уроков музыки.  Эти  уроки  заключались  в
двухчасовом терзании фортепиано, принадлежащего маминой подруге -  те-
те Алле. Никакого удовольствия Ане это не доставляло, но мама  настаи-
вала. А раз мама настаивала, то значит так оно и нужно. Но мы  немного
отвлеклись от заданной темы.
   Итак, Анна направлялась домой, причем в очень  хорошем  настроении.
Ибо все было прекрасно - занятия кончились,  погода  отличная,  птички
поют, а главное - отношения с Андреем, с любимым Андрюшей развивались,
как нельзя лучше. Вчера она впервые с ним поцеловалась, и поняла,  что
он будет первым и вероятно единственным мужчиной в ее жизни. Но  полу-
чилось немного по-другому. Первый мужчина в ее жизни уже ждал за  кус-
тами. Причем ждал именно Аню. Почему? Это уже другая история.
   Было уже поздно и на аллее никого не было,  кроме  Ани  и  Анатолия
Сергеевича Вострикова, 35 лет, ранее судимого за кражу, а теперь наме-
ревавшегося изнасиловать несовершеннолетнюю, и как оказалось  впослед-
ствии, абсолютно невинную девушку.
   Она могла закричать, но не закричала.
   Она могла убежать, но, как вы уже наверное догадались, не  убежала.
Это не стихи, а констатация факта. Страх парализовал ее. Когда  незна-
комый мужчина неожиданно появился из-за кустов, схватил ее и стал сры-
вать одежду Анна онемела. И только в голове, как заклинание  кружилась
мысль: "Андрей должен был быть первым мужчиной в моей жизни".
   Она попробовала сжать ноги, но насильник чем-то ударил ее по  голо-
ве и девушка потеряла сознание. Когда она очнулась его уже не было.
   А было только больно, мокро, липко и еще раз больно.  "Андрей  дол-
жен был быть первым мужчиной в моей жизни" - снова и  снова  повторяла
Анна. Ее стошнило. Держась одной рукой за живот Аня пошатываясь побре-
ла домой.
   К несчастью дома никого не оказалось. Родители пошли в ресторан, на
юбилей сослуживца отца Ани. Отец Ани работал в милиции и  занимал  там
довольно ответственный пост.
   "Андрей должен был быть первым мужчиной в моей жизни" - вывела Анна
на клочке бумажки. Затем разделась, набрала теплую ванну и,  взяв  па-
пин станок, перерезала себе вены. Причем не поперек, а вдоль, как учил
ее любимый писатель Роджер Желязны. Сначала она глубоко разрезала  ру-
ку от запястья до локтя, затем поддела открывшиеся вены  и  перерезала
их одним движением лезвия. Вода тут же окрасилась в красный цвет. И  с
каждым ударом сердца жизнь уходила из Анны,  а  вода  становилась  все
красней и красней. Было совсем не больно. Ей казалось, что  она  засы-
пает. И в последний раз сказав: "Андрей должен был быть первым  мужчи-
ной в моей жизни", Анна заснула навеки.
   В это время родители веселые и немного уставшие поднялись  по  лес-
тнице, отец позвонил в дверь и добродушно закричал:
   - Анюта, открывай.
   Но никто ему не ответил. Александр Петрович переглянулся  с  супру-
гой Анастасией Анатольевной и полез за ключами. Было  уже  одиннадцать
часов вечера и обычно в это время Аня уже была дома. Правда в этот раз
она тоже была дома, а точнее ее еще теплый труп плавал в ванной.
   Войдя в квартиру и увидев, что свет горит, а дверь в ванную  запер-
та, Анастасия Анатольевна постучала туда и спросила:
   - Аня! Аня, ты там? Ань, что с тобой, ответь, Аня?
   Но ответа не было. Сердце у матери екнуло от неясных подозрений:
   - Аня! Анечка, выходи. Саш, пойди сюда. Аня! Саш, что такое? Запер-
лась и не выходит. Саша. Что могло случиться?
   Подошел майор милиции Александр Петрович Долгополов:
   - Анна, выходи! Ты чего? Аня! Ань...
   Тут из-под двери потекла вода, красная вода. Отец все понял и  рва-
нул прямо на дверь. Та вылетела, и его взору  предстала  уже  знакомая
вам картина. Он поднял дочь и взглядом профессионала  понял,  что  она
уже мертва. Отец прижал ее к себе и заплакал.
   - Анастасия! Наша дочь мертва. Наша Анечка. Анечка,  что  с  тобой?
Что с тобой?
   Мать схватилась за сердце и сползла по стене на пол.  Аня  была  их
единственной дочкой и они в ней души не  чаяли.  Особенно  любил  свою
дочь отец. Он не представлял жизни без нее. Александр Долгополов опус-
тил дочку и с невидящим взором пошел к себе в кабинет.
   - Ты куда? - простонала жена.
   - Позвонить, - быстро ответил тот.
   Он для себя все уже решил. Александр  Петрович  прошел  в  кабинет,
достал свой табельный пистолет и выстрелил. Левая  его  нога  задерга-
лась, изо рта полилась кровь и через секунду он затих. Раздался  нече-
ловеческий крик:
   - Сашенька!!!
   Жена вбежала в кабинет, увидела мертвого мужа и  тут  же  ее  глаза
приняли безумное выражение. Она забормотала:
   - Анечка, Сашечка. Потерпите. И я к вам. Скоро. Сейчас. Подождите!
   Говоря это, она распахнула окно и выпрыгнула вниз головой с седьмо-
го этажа. Через несколько мгновений раздался стук, словно кто-то  уро-
нил арбуз или что-то вроде этого. От  Анастасии  Анатольевны  осталась
куча перемешанных костей, крови, плоти и мозгов.
   И это еще не все. В это время насильник Анатолий Востриков прилажи-
вал петельку к люстре. Не знаю, что на него повлияло, то ли  он  любил
Аню Долгополову, то ли ему просто стало невыносимо стыдно, но  он  ре-
шил повеситься, предварительно изложив свои извинения в прощальной за-
писке. Став на табуретку он сам выбил ее из под себя и  повис  подобно
новогодней игрушке. Тут же задергался, захрипел, замахал руками и  но-
гами, затем схватился за горло, как бы пытаясь освободиться, но  тщет-
но. И через минуту он покачивался из стороны в  сторону,  не  проявляя
никаких признаков жизни.
   На следующий день трагедия семьи Долгополовых стала достоянием  об-
щественности, а вскоре была обнаружена записка Анатолия Вострикова.  И
все стало на свои места.
   Но наша суицидная  история  еще  не  подошла  к  концу.  Вспомните:
"Андрей должен был быть первым мужчиной в моей жизни". Так  вот,  этот
самый Андрей, узнав о смерти любимой, выпил  залпом  бутылку  водки  и
бросился под идущий на  полной  скорости  КАМАЗ.  Удар  был  страшный.
Андрей отлетел на несколько метров и ударился о  мостовую.  Сложившись
под абсолютно неестественным углом, его тело распласталось на  дороге.
Андрей умер мгновенно.
   Шофер камаза сидел рядом обхватив голову руками и повторял все сно-
ва и снова:
   - Ну зачем, мальчик? Ну зачем?
   Как вы наверное догадались, хоронили Андрея,  Аню  и  ее  родителей
всем городом. Все плакали, все скорбили. И весь город проклинал Анато-
лия Вострикова, которого тихо, без шума кремировали на городском клад-
бище. Это практически все. Осталось только ответить на один вопрос: "А
причем же здесь жареные апельсины?" А притом, что это такая же  отвра-
тительная вещь как суицид, даже хуже.
   И если вас изнасиловали - это еще не повод для самоубийства.
   И если ваша девушка покончила с собой - это тоже не повод  для  са-
моубиства.
   И тем более, если просто девушка, просто вас не любит - это  совсем
не повод для самоубийства.
   Ничего нет в мире страшнее жареных апельсинов. И только  те  самоу-
бийцы, которые покончили с  собой,  потому  что  их  кормили  жареными
апельсинами, достойны сочувствия и уважения. Остальные просто глупцы и
идиоты! Теперь все.

                                DA END

                               19.09.95
