
                               Умберто ЭКО

                                   ОНО




     - Как успехи, Профессор? - Генерал с трудом сдерживал нетерпение.
     - Какие успехи? - переспросил Профессор Ка, он явно медлил с ответом.
     - Целых пять лет вы работаете здесь внизу, и никто  вас  ни  разу  не
побеспокоил. Мы доверяем вам. Но сколько же можно верить на  слово?!  Пора
предъявить работу.
     В голосе генерала слышалась угроза, и Ка устало махнул  рукой,  потом
улыбнулся:
     - Вы попали в точку, Генерал. Я намеревался еще подождать. Но вы меня
раззадорили. Я сделал Его, - Профессор перешел  на  шепот,  -  и,  клянусь
Солнцем, пора показать Его миру!
     Он жестом пригласил Генерала  в  пещеру.  Ка  провел  гостя  в  самую
глубину, туда, где сквозь узкое отверстие в стене  пробивался  тонкий  луч
света. Там на ровном и гладком уступе лежало Оно.
     По форме Оно  напоминало  миндальный  орех,  имело  множество  мелких
граней и блестело.
     - Но ведь это... - Генерал растерялся. - Это камень.
     В  голубых  глазах  Профессора,  спрятанных  под  густыми   косматыми
бровями, мелькнули лукавые искорки:
     - Да, - подтвердил он. - Камень. Но не такой, как все. Мы  не  станем
попирать его ногами. Лучше возьмем его в руку.
     - В руку?
     - Именно, Генерал. В этом камне сосредоточена великая сила, о которой
до сих пор и не смело мечтать человечество,  мощь,  равная  мощи  миллиона
людей. Смотрите...
     Он положил руку на камень; сжал пальцы и крепко обхватил  его,  затем
поднял. Рука плотно обнимала камень, широкая часть  лежала  на  ладони,  а
острый конец торчал наружу и смотрел то вверх, то вниз, то на Генерала - в
зависимости от движений руки Профессора. Профессор сделал резкий выпад,  и
конец камня прочертил в воздухе траекторию. Профессор рубанул сверху вниз,
на пути острия оказалась хрупкая порода уступа и - о чудо! - камень  вошел
в нее, врезался,  сделал  трещину.  Профессор  ударил  еще  и  еще  раз  -
образовалась выемка, потом глубокая воронка,  он  дробил,  крошил  породу,
превращал ее а порошок.
     Генерал следил широко раскрытыми глазами, затаив дыхание.
     - Невероятно, - проговорил он, сглатывая слюну.
     - Это что, - торжествовал Профессор, - сущие пустяки!  Хотя  пальцами
вы ничего подобного все равно бы не сделали.  Теперь  смотрите!  -  Ученый
взял большой кокосовый орех, лежавший  в  углу,  шершавый,  крепкий  -  не
подступишься! - и протянул его Генералу:
     - Ну же, сожмите обеими руками, раздавите его.
     - Перестаньте, Ка, - голос Генерала дрогнул. - Вы  прекрасно  знаете,
что это невозможно, никто из  нас  не  способен  сделать  этого...  Только
динозавр - ударом лапы, и только динозавр лакомится мякотью и пьет сок...
     - Хорошо, а теперь, - Профессор пришел  в  возбуждение,  -  а  теперь
смотрите!
     Он взял орех, положил на уступ в только что выбитую выемку, и схватил
камень, но по-другому, за острый конец, так, что широкая  часть  оказалась
снаружи. Потом быстро ударил по ореху - казалось, без большого усилия -  и
разбил  его  вдребезги.  Кокосовое  молоко  растеклось  по  уступу,  а   в
углублении остались куски  скорлупы  с  белой  сочной  мякотью,  свежей  и
аппетитной. Генерал схватил кусок и с жадностью впился в него  зубами.  Он
смотрел на камень, на Ка, на остатки кокосового ореха. Он был ошеломлен.
     - Клянусь Солнцем, Ка! Это замечательная вещь. Сила человека возросла
в сотни раз, теперь ему не страшен  никакой  динозавр.  Он  стал  хозяином
скалы и деревьев. У него появилась еще одна рука, да что я говорю... сотня
рук! Где вы нашли Его.
     Ка самодовольно усмехнулся:
     - Я не нашел Его. Я Его сделал.
     - Сделали? Что вы хотите этим сказать?
     - Это значит, что раньше Его не существовало.
     - Вы сошли с ума, Ка, - генерал задрожал. - Должно быть, Оно упало  с
неба; наверное, Его принес гонец Солнца,  один  из  духов  воздуха...  Как
можно сделать то, чего раньше не существовало?!
     - Можно! - твердо сказал Ка. - Можно взять  камень  и  бить  по  нему
другим камнем, пока не придашь  нужную  форму,  такую,  чтобы  рука  могла
обхватить его. И тогда с помощью этого камня рука сможет сделать множество
других камней, больших по размеру и еще более  острых.  И  это  сделал  я,
Генерал.
     Крупные капли пота выступили на лбу Генерала.
     - Надо  показать  Его  всем,  Ка,  всей  Орде,  наши  мужчины  станут
неуязвимыми. Понимаете? Теперь мы можем выйти на медведя: у него когти,  а
у нас Оно, мы сумеем растерзать  зверя  раньше,  чем  он  нас,  мы  сможем
оглушить  его,  убить.  Убить  змею,  расколоть  панцирь  черепахи,  можем
убить... Великое Солнце!.. убить...  человека!..  -  Генерал  остановился,
пораженный новой мыслью, потом продолжал, и взгляд его стал жестким:
     - Теперь, Ка, мы сможем напасть на Орду Коамма, они  выше  и  сильнее
нас, но теперь окажутся в нашей власти, и мы уничтожим их всех до единого.
Ка! Ка! - он схватил Профессора за плечо и потряс. - Это победа!
     Ка смотрел настороженно, он колебался:
     - Именно поэтому  я  не  хотел  показывать  вам  мое  изобретение.  Я
понимаю, что сделал ужасное открытие, которое изменит мир. Я осознаю  свою
ответственность: я открыл источник страшной  разрушительной  силы.  Ничего
подобного на Земле еще не  знали,  поэтому  я  и  не  хочу,  чтобы  другие
познакомились с ним. В противном случае война станет самоубийством. Ведь и
Орда Коамма тоже скоро научится делать подобные камни, тогда  в  следующей
войне не будет ни победителей, ни побежденных. Этот  предмет  был  задуман
как орудие мирного труда, прогресса, но теперь я вижу,  что  Оно  несет  с
собой смерть. Я Его уничтожу.
     Генерал был вне себя:
     - Опомнитесь, Ка! Вы не имеете права. Это  все  глупая  щепетильность
ученого. Пять лет вы провели взаперти и ничего не знаете о мире. Мы идем к
цивилизации, и если Орда Коамма победит, не останется ни мира, ни свободы,
ни радости для людей. Наш священный долг овладеть вашим изобретением.  Это
вовсе не значит, что мы воспользуемся  им  тотчас  же.  Важно,  чтобы  они
знали, что Оно у нас есть. Мы продемонстрируем Его на глазах у противника.
Потом мы ограничим Его использование, но с того момента, как Оно  будет  у
нас, никто не посмеет на нас напасть. А пока мы можем  копать  Им  могилы,
строить новые пещеры,  равнять  почву.  Достаточно  иметь  Его,  вовсе  не
обязательно пускать Его в ход. Это оружие  страшной  силы,  оно  остановит
коаммовцев на много лет.
     - Нет-нет-нет, - твердил безутешный Ка, - как только мы овладеем  Им,
нас уже ничто не остановит. Его надо уничтожить.
     - Да вы просто идиот, хоть и приносите пользу! - Генерал побледнел от
гнева. - Вы играете на руку нашим врагам, в душе вы  прокоаммовец,  как  и
все подобные вам  интеллектуалы,  как  тот  аэд,  который  толковал  вчера
вечером о союзе всех людей. Вы не веруете в Солнце!
     Ка вздрогнул. Он склонил голову, глаза под  пушистыми  бровями  стали
совсем маленькими и грустными.
     - Я знал, что мы придем к этому. Я не прокоаммовец, и вам это отлично
известно. Но согласно  пятому  правилу  из  солнечного  свода  законов,  я
отказываюсь на вопрос, который мог бы  вызвать  против  меня  гнев  духов.
Думайте, что хотите. Но Оно не выйдет за порог этой пещеры.
     - А я говорю - выйдет, и сейчас же, во славу Орды, цивилизации,  ради
блага народа, ради Мира! - закричал  Генерал.  Он  схватил  камень  правой
рукой, как это только что делал сам Ка, и с силой, с гневом, с  ненавистью
обрушил его на голову Профессора. Ка рухнул  на  пол,  орошая  кровью  все
вокруг.
     Генерал в ужасе смотрел на  оружие,  которое  сжимал  в  руке.  Потом
торжествующе  улыбнулся,  и   в   улыбке   его   была   жестокость,   была
беспощадность.
     - Первый... - прошептал он.
