Михаил Успенский

                          РАЗМНОЖЕНИЕ ДОКУМЕНТОВ
                                  рассказ


В одном крупном-крупном тресте начальником был Иван Палыч. Как и любой
мыслящий руководитель и опытный хозяйственник, Иван Палыч терпеть не мог,
когда вокруг было много бумаг. К такому порядку он приучил своих
сотрудников, чтобы не разводили лишней писанины.

Как-то утром Иван Палыч прибыл на работу и открыл сейф. Он точно знал, что
на верхней полочки у него лежат всего-то две бумаги: приказ об увольнении
пьяницы Шнеллер-Бугаевского и распоряжение о перемене мебели в служебных
помещениях. А тут увидел, что лежит какая-то третья. И все в этой бумаге
честь по чести: и бланк, и печать. Только содержание непонятное - наградить
сотрудника Цыгамку Н. Ф. вращающимся креслом по случаю его пятидесятилетней
беспорочной службы в тресте. Мало того, что в штате сроду не было
сотрудника Н. Ф. Цыгамки - самому-то тресту было всего десять лет. Иван
Палыч напустился было на секретаршу, а потом ему неловко стало - извинился.
Дурацкую же бумагу порвал и бросил в корзину.

Открыл папку, что лежала на столе, и диву дался - бумаг в ней было чуть ли
не вдвое больше, чем вчера. Одни бумаги он составлял лично, другие
просматривал. А вот третьих он и в глаза не видел! И было в этих бумагах
что попало: и об отгрузке каких-то бульдозеров, и об аморальном поведении
главного механика, известного в тресте аскета, и о лишении квартальной
премии всех сотрудников треста, включая самого Ивана Палыча...

Назавтра стало еще хуже - лишних бумаг прибавилось. Иван Палыч забросил все
дела и только сортировал документы, отделяя настоящие от ложных. Он
категорически запретил заходить своим сотрудникам в кабинет и велел
принести ему муфельную печь - жечь фальшивки. А уходя поздно вечером домой,
накрепко опечатал кабинет и канцелярию.

Это не помогло. Сначала Иван Палыч грешным делом подумал, что над его
сейфом потрудился медвежатник, а потом понял, что сейф просто лопнул по
швам - столько в нем оказалось документов. Опять допоздна раскладывал и жег
бумаги. Но отделять настоящие от ненастоящих стало труднее: по форме и по
содержанию они начали приближаться к трестовским. И чуть было не положил к
настоящим приказ об увольнении известного бездельника Чурина, да вовремя
вспомнил, что Чурин - молодой специалист и с ним придется валандаться,
сколько положено.

Тогда Иван Палыч решил обратиться к одному человеку - трестовскому
истопнику. Дело в том, что этот истопник здорово разбирался в генетике. За
это его в свое время попросили из ученых, а когда опять попросили назад, он
в ученые не вернулся, так и остался истопником. Истопник выслушал рассказ
начальника и намекнул, что без бутылки не разобраться. У Иван Палыча в
холодильнике всегда было на всякий случай. Истопник подумал-подумал и
сделал научное заключение.

Он объяснил, что в обычных условиях бумаги размножаются, так сказать,
вегетативно: из одного документа проистекает другой, из другого - третий, и
так далее. При этом бумаги еще как бы паразитируют на человеке: он их сам
составляет, оформляет и кладет печать. А в тресте у Ивана Палыча, с его
ненавистью к бумагам, сложилась обстановка, неблагоприятная для обычного
способа размножения. Борясь за сохранение вида, документа перешли на более
высокую стадию развития и стали размножаться половым путем. Причем приказы
и распоряжения решительного, радикального характера несли в себе мужское
начало, а те, что были направлены на поддержание внутреннего порядка,
снабжения и т. по. - женское. Кроме того, бумаги, чтобы не угодить в печь,
начали приспосабливаться и мимикрировать под подлинные. Трест ждут хаос и
анархия, Ивана Палыча - соответствующие выводы.

А после второй бутылки истопник придумал, как спасти трест. Во-первых, ни в
коем случае нельзя класть два документа вместе. Во-вторых, лучше завести
для каждого отдельную папку. В третьих, если все-таки придется подшить для
дела несколько бумаг, следует переложить их плотным картоном.

Иван Палыч так и сделал. Теперь у него весь трест завален папками, каждая
бумага лежит отдельно, и от этого создается ложное впечатление. "Ну и бумаг
Иван Палыч развел! - удивляются люди. - Совершенно на него не похоже!"

Но Иван Палыч и бывший истопник, а ныне главный делопроизводитель треста,
лучше знают, что на кого похоже, а что не похоже.
  

-------------------------------------------------
Авторский вариант
  
 




















