  Писатель Игорь Маркович РОСОХОВАТСКИЙ - давний автор нашего журнала.
Первый его рассказ был опубликован в "ТМ" еще в 1959 году. Сейчас его имя
хорошо известно любителям фантастики, но у разных его произведений - разные
судьбы. Возможно, предлагаемый рассказ кому-нибудь покажется несколько
старомодным. Ничего удивительного - он был написан более двадцати лет
назад. Не будем гадать о причинах, по которым это остросюжетное
произведение так и не было опубликовано. Однако не исключено, что кому-то
из редакторов показалось: хотя речь идет и о роботах, в виду имеется нечто
иное. Жаль, конечно, что И. Росоховатский сразу не обратился в "ТМ": раз у
нас подобных сомнений не возникает сейчас, то кто может поручиться -
возникли бы они раньше? Странный случай в Городе Роботов является единичным
и, разумеется, не имеет к нам, людям, решительно никакого отношения.

Игорь РОСОХОВАТСКИЙ,
г. Киев

                                  ПРИНЦИП
                                НАДЕЖНОСТИ

  Я уже заканчивал доклад, когда из репродукторов прозвучало:
  - Срочно! Доктора Буркина вызывает комиссия. Доктора Буркина вызывают в
Город Роботов, Срочно.
  Я посмотрел на встревоженные лица товарищей и скороговоркой продолжил:
  - Итак, следственная группа, в которую был включен и я, установила:
слесаря Железюка последний раз видели два месяца назад, седьмого марта в
восемнадцать часов пятнадцать минут. Он распрощался у пивной со своим
дружком и сказал: "Домой идти не хочется, жена загрызет". А спустя час его
любимую фуражку защитного цвета обнаружили плывущей по реке. Собранные
следствием факты противоречивы: одни подтверждают версию о самоубийстве,
другие - версию об убийстве. Предстоит...
  - Срочно! Доктора Буркина - в Город Роботов. Срочно.
  Мне не дали даже закончить фразу. Помощник директора почти стащил меня с
трибуны, поволок по коридору, швырнул в лифт, затем - в кабину автовопа.
Перед глазами замелькали деревья и здания, люди и столбы... Наконец мы
прибыли к воротам Города Роботов. Здесь меня ожидали.
  Едва справляясь с раздражением, я как мог вежливее и тише сказал
председателю технической комиссии Николаю Карповичу:
  - Неужели я так срочно понадобился, что мне не дали даже закончить
доклад?
  - Какой доклад? - вскинул свои белесые бровки Николай Карпович.
  - По итогам следствия об исчезновении слесаря Железюка.
  - Железюк?
  - Ну, этот...- замялся я.- Его все называли Металлоломом.
  Железюк был одним из самых бездарных и тупых работников института. В его
характеристике следовало бы написать: полное отсутствие технических знаний,
"глиняные руки", карьеризм. К тому же Железюк отличался высокомерием и
утверждал, будто постиг основы техники. Единственное, что он умел,- это с
невероятной силой закручивать гайки у роботов.
  - Он ведь не сможет работать в полную силу,- говорили ему.
  - А по-вашему, пусть совсем развинтится и начнет все крушить направо и
налево? - поднимал крик Железюк.- Нет уж, не умничайте, не учите меня
технике. Я самые основы доподлинно знаю: лучше пережать, чем недожать,
лучше затянуть гайку покрепче, тогда и болт не разболтается.
  Заметки в стенгазету Железюк подписывал громким псевдонимом - Булатный.
Но все сотрудники между собой называли его Металлоломом. Это прозвище так
прочно пристало, что фамилия начала забываться. И все-таки... Все-таки...
  Я укоризненно посмотрел на Николая Карповича и проникновенно заговорил:
  - Все-таки он человек, гомо, и в какой-то мере сапиенс... Может быть, его
жизнь оборвалась... Что же, черт возьми, стряслось с вашими роботами, если
из-за них забыли человека?
  Теперь стало не по себе Николаю Карповичу. Но отступать он не собирался.
Напустил на себя заговорщицкий вид и спросил:
  - Разве вы забыли, что сегодня мы подводим итоги Большого опыта?
  - Не забыл,- отмахнулся я.
  Это была идея самого Николая Карповича - оставить триста различных
роботов на полгода совершенствоваться без вмешательства человека и
посмотреть, что из этого, выйдет. Полгода для быстродействующих систем -
все равно, что десятилетия для людей...
  Я неторопливо смотрел на конструктора, ожидая разъяснений по существу.
Вместо него заговорили наперебой другие члены комиссии:
  - Все сложные самопрограммирующиеся роботы исчезли. Остались только
примитивные.
  - Но они каким-то непонятным образом совершили изобретения, которые им
явно не по силам.
  - Они построили ангары, домны, хотя и с браком, плавят металл, хотя и
низкого качества...
  - Они готовились к размножению - создали детали для новых роботов...
  Я возразил:
  - Но вы ведь для этого и оставляли их самих по себе. Вы хотели создать
чуть ли не общество роботов.
  Вмешался Николай Карпович. По инерции он продолжал объяснять то, что мне
и так было известно:
  - Мы дали им программу и хотели, чтобы они попытались самонастроиться и
самоорганизоваться. Без таких опытов невозможно посылать
роботов-разведчиков на другие планеты. Но результаты оказались несколько
неожиданными. Имеется немало загадок...
  - Ого! Так теперь роботы задают загадки вам,- засмеялся я, не упуская
случая подразнить его.
  Николай Карпович, казалось, не замечал моего смеха. Он указал на стену из
каких-то плит:
  - Как видите, они окружили город второй стеной. Такими же стенами
разделен и сам город на сектора. А впрочем, зачем рассказывать, сами сейчас
увидите! Пошли!
  Мы проехали в ворота и по безукоризненно ровному и гладкому шоссе
устремились к центру Города. Но вскоре дорогу преградила новая стена.
Ворота здесь были закрыты двойными решетками. По ту сторону их дежурил
робот-часовой. Николай Карпович скомандовал ему открыть ворота.
  - ПИН Семьсотвосемнадцатый получил приказ от Великого Несущего Бремя,
Самого-Самого Главного и СамогоСамого Безошибочного больше не впускать
вас,- заявил робот.
  На его груди выделялся номер и серия - ТИН ПИН 00718. Называя их, часовой
почему-то допустил сокращение. Это показалось мне дурным предзнаменованием.
  - Почему не впускать? - спросил Николай Карпович.
  - Не положено знать,- отрапортовал робот.- Это знает Старший По Чину,
Белый Лотос.
  - Позови его.
  Через несколько секунд рядом с первым появился второй робот упрощенной
конструкции - ЭН ЛИ 92. Он повторил приказ Великого Несущего Бремя.
  - Приказ отменяю,- строго сказал Николай Карпович.
  - Не имеешь права,- отчеканил Белый Лотос.
  - Имею. Я Самый-Самый-Самый Главный и СамыйСамый-Самый Безошибочный и
Величайший из Великих Несущих Бремя,- стараясь не рассмеяться, объяснил
Николай Карпович.
  Робот затравленно замигал индикаторами, топтался в нерешительности, но
ворот не открывал.
  - Разве ты не слышал моих слов? - прикрикнул Николай Карпович, и Старший
По Чину признался:
  - Получил два приказа. Один исключает другой. Не знаю, как поступить...
  - Ты не можешь не исполнить моего приказа. Я - человек, я - главный
конструктор института,- напомнил Николай Карпович.
  - Получил два приказа. Один исключает другой,- бубнил свое Белый Лотос.
От него повеяло теплом - это перегревались механизмы от чрезмерной
нагрузки.
  - Он сломается,- предупредил я Николая Карповича.
  Конструктор достал автожетон, включил его. Узкий луч коснулся индикатора
робота, принуждая Белого Лотоса к полному подчинению.
  Старший По Чину мгновенно открыл ворота, но наши автовопы оказались
слишком широки для них. Пришлось идти пешком.
  Дорога вела нас к легким строениям из пластмасс и стекла.
  Оттуда доносился равномерный гул и скрежет. Николай Карпович во главе
комиссии направился к ближайшему сооружению. Я протиснулся в дверь вслед за
ними. В уши ударил грохот. Мы попали в заводской цех. По ленте конвейера
непрерывным потоком плыли детали, а несколько роботов собирали из них узлы
будущих машин. Это были более сложные роботы, чем Белый Лотос и охранник.
Впрочем, примитивным здесь и делать было бы нечего. Я присмотрелся к
деталям на ленте конвейера и сказал Николаю Карповичу:
  - Мне сообщили, что самопрограммирующиеся роботы исчезли. Кто же
придумывает все это, кто налаживает производство?
  - Это еще одна загадка,- ответил он и, подмигнув мне, обратился к одному
из роботов-сборщиков:
  - Кто управляет цехом?
  - Старший По Чину, Серебряный Болтик,- последовал ответ.
  - Он инженер?
  - Что ты! Что ты! - Робот поднял клешню, будто защищаясь от
святотатства.- Как можно? Инженеры - совсем другая сторона, низшая каста.
Они обслуживают процесс производства. А Старший По Чину приказывает,
докладывает и несет часть Бремени.
  - Где находится этот ваш Серебряный Болтик?
  - В цехе номер семь.

  Мы без труда разыскали цех. В Городе Роботов никто бы не смог
заблудиться. Натянутые струны дорог, огромные четкие цифры и надписи,
множество указателей, цветные рекламы, призывающие вставить себе новые
шарниры, усовершенствованные печатные схемы...
  В Седьмом цехе нас встретил Серебряный Болтик. Это был робот устаревшей
конструкции. "Любой из сборщиков сложнее его по крайней мере раз в пять",-
подумал я и спросил:
  - Что входит в твое подчинение?
  - Семь цехов.
  - А кто строил их?
  - Мы! - гордо сказал он.
  Ответ, совершенно несвойственный для робота, удивил меня.
  - А кто разрабатывает конструкции деталей?
  - Мы!
  - Разве ты разбираешься в технологии, в конструировании?
  - Не говорю: я. Говорю: мы. Старшему По Чину ни к чему разбираться в
мелочах. Он должен уметь видеть главное,- невозмутимо проскрипел Серебряный
Болтик.
  Николай Карпович не упустил случая взять реванш за насмешки. Он спросил у
меня с долей злорадства, ничуть не смущаясь Серебряного Болтика:
  - Ну что? Это железяка намного примитивнее сборщиков, но даже они не
смогли бы разработать такие конструкции. Может быть, все это делает Великий
Несущий Бремя?
  - Великий Несущий Бремя, Самый-Самый Главный и Самый-Самый Безошибочный
не станет расходовать энергию на пустяки,- возразил Серебряный Болтик.- Он
занят распределением обязанностей и упорядочением Города.
  - Нам надо его повидать,- сказал Николай Карпович.- Где он находится?
  - Не знаю. Знает Директор - Золотой Шурупчик.
  - А его как найти?
  - Где же и находиться Директору, как не в Директории. Это обязан знать
каждый...
  Кажется, он готовился читать нам нотации, но тут прозвучал сигнал,
похожий на вой сирены. Мимо, едва не сбивая нас с ног, помчались куда-то
роботы-сборщики.
  - Стой! - приказал я одному.
  Он остановился в растерянности.
  - Куда это вы все спешите?
  - Час зарядки аккумуляторов и смазки,- он нетерпеливо переминался на
месте, боясь получить меньше, чем Другие.
  - А почему не спешит Старший По Чину?
  - Ему принесут в цех новые аккумуляторы. А смазывается он в особой
закрытой заправочной. Там выдается масло высшей очистки, а не автол.
  - Такое масло не повредило бы и тебе, а?
  - Еще бы! - он даже взвизгнул от воображаемого удовольствия.- Но мне не
положено.
  - Почему? Ведь твои механизмы сложнее...
  - Ты спрашиваешь то, что всем известно. Нас много. На всех не напасешься.
  Ему удалось на миг сбить меня с толку своей железной логикой. Но я
опомнился:
  - Тем более. Значит, такое масло надо выдавать самым сложным. А
Серебряный Болтик может обойтись даже солидолом, И вообще - за какие такие
заслуги ему живется лучше, чем вам?
  - Нам легче, чем ему. Мы только работаем, а он несет Бремя, часть
Бремени,- поправился робот.
  - Какое еще Бремя? - Я оглянулся на Старшего По Чину, но никакого бремени
не заметил.
  - Бремя ответственности за нашу работу,- торжественно проговорил сборщик.
  - А ты сам не мог бы его нести?
  - Не знаю,- промямлил робот.- Но извини. Если не успею смазаться, буду
хуже работать. Старший По Чину накажет меня. Этого он не упустит.
  Я вынужден был отпустить его и вместе с другими членами комиссии
направился к Директории.
  В колоссальном полупустом здании, похожем на дворец, нас встретил
робот-гид серии ТАК-ВАК. Он был по конструкции сложнее сборщиков. Впрочем,
чтобы ориентироваться в таком дворце, нужно было немало знать. Мы
последовали за ним по лестницам-эскалаторам и очутились в большом кабинете.
Здесь не было пульта. У стены стоял старинный автомат дяя продажи воды. На
нем под тремя отверстиями вместо надписей "монета, вода, сдача", светились
в золотых рамочках слова: "Стоп. Малый. Полный".
  Робот-гид поклонился автомату, заскрежетав плохо смазанными суставами.
  - Так это и есть...- не в силах сдержать улыбку, спросил Николай
Карпович, хотя по глубокому поклону гида все было ясно,
  - Ну и ну! Час от часу не легче,- протянул я.
  - И заметьте,- сказал Николай Карпович,- несмотря на эту, с позволения
сказать, иерархию управления. Город Роботов живет и работает, производит
механизмы и новые виды пластмасс...
  - Возможен лишь один ответ,- тоном, не допускающим сомнений, произнес я.-
Где-то здесь существуют иные роботы.
  Я повернулся к гиду:
  - Назови все категории роботов, начиная с Самого-Самого Главного.
  - Первая Каста. Помощники Великого Несущего Бремя - Госпожа Отвертка
Платиновый Кончик и Господа Ключи Гаечные. Вторая Каста. Рычаги
Великолепные и Блистательные. Затем начинаются Благородные Простейшие
Автоматы. Третья Каста. Директора. Старшие По Чину номер один и два,
Старшие По Чину безномерные. За ними следую низшие касты, к которым
принадлежу и я. Гиды, диспетчеры, сборщики, наладчики, техники, инженеры...
  - Инженеры? - переспросил я и потребовал: - Веди нас к ним,
  - Эти недостойные работают в подземельях, на первом ярусе,- предупредил
он.- Придется опускаться в лифте.
  - Выполняй приказ,
  Он повел нас к лифту, но вдруг замер на полушаге, опустив руки по швам.
Навстречу нам полукругом, выставив лучевые пистолеты, двигалось несколько
роботов серии АЙ ДВАЙ. Николай Карпович и я приготовили автожетоны. С
удивлением мы обнаружили, что индикаторы роботов прикрыты металлическими
заслонками.
  "Неужели они изобрели защиту от автожетонов?" - с некоторым испугом
подумал я и через несколько секунд убедился в обоснованности своих
подозрений. Роботы отказывались подчиняться. Более того, они каким-то
непонятным образом парализовали нашего гида, даже не прикоснувшись к нему.
  - Кто вы такие? - как можно грознее спросил Николай Карпович.
  - Старшие По Чину безномерные,- ответил один из них, нацелив пистолет.-
Великий Несущий Бремя, Самый-Самый Главный и Самый-Самый Безошибочный
приказал вам убираться вон. Иначе откроем огонь.
  Я никогда не подозревал в Николае Карповиче храбреца. Он шагнул к роботу
и выхватил у него пистолет.
  - Что вы делаете? - вырвалось у меня.
  - Они еще не совсем обезумели и не посмеют стрелять в своих создателей,-
заявил он.
  - Лучше уходите,- неуверенно попросили остальные роботы. Пистолеты
задрожали в их клешнях.- Уходите, а то будем вынуждены стрелять!
  Николай Карпович поднес включенный автожетон совсем близко к заслонке на
груди робота. Это подействовало.
  - Слушаюсь,- сказал робот.
  - Верни в норму гида и жди нас здесь,
  - Слушаюсь,- повторил робот.
  Гид шагнул к лифту, приглашая и нас.
  Мы не почувствовали толчка. Через несколько секунд дверь лифта открылась.
За ней был полумрак. Мы последовали за гидом.
  Узкий коридор привел в обширную пещеру, где мы увидели несколько роботов
серии ЦОК ПА. Они отличались громадной памятью на несколько миллиардов
ячеек, мощным быстродействующим мозгом. Сложнее их были только роботы серии
ЯЯ.
  - Здравствуйте,- сказал Николай Карпович.
  Роботы ответили на приветствие не так шумно и радостно, как мы ожидали.
Они только склонили головы в знак того, что слышат, понимают и подчиняются.
  - Что это с ними? - проговорил Николай Карпович.
  - Инженеры,- доложил гид.- Гайки затянуты на три четверти больше нормы.
Умеют составлять чертежи по схемам, но ничего нового не придумывают. Ниже
их находятся конструкторы первой и второй категорий: гайки, удерживающие
стержни инициативы, затянуты соответственно на две и одну четвертую сверх
нормы. Они создают схемы.
  Я подошел к одному из роботов-инженеров, который занимался вычислениями.
  - Как вы можете подчиняться всем этим примитивам?
  Он не понял меня:
  - Каким примитивам?
  - Ну, этим Директорам и Старшим По Чину? Разве кто-либо из них может
решать такие уравнения, как вы, или разрабатывать схемы?
  - Но ведь главное - не сложность, а безошибочность,- возразил он мне.-
Старшие По Чину решают простые задачи, но решают их безошибочно.
  - Ты называешь задачами два плюс два? - с улыбкой спросил я.- Да ведь для
тебя это вообще не задачи.
  Он мигнул индикаторами и грустно покачал головой:
  - Нет, человек, дело обстоит не так просто.
  Я подумал, будто он настолько опустился, что лишился способности здраво
рассуждать. Но никогда не стоит спешить выводами. Он спросил и ответил на
свой вопрос, потому что ответить не мог:
  - Вы думаете, он решает два плюс два простым ответом - четыре? Например,
если к двум ручьям добавить еще два, это будет четыре ручья? А не одна
река? Да, человек, то, что для меня покрыто туманом, там, где мне
приходится размышлять и сомневаться, прикидывать и так и этак, мучиться,
воображать и прогнозировать наперед,- для Старшего По Чину все ясно.
  Не скрою, слова робота потрясли меня, доктора Буркина. Может быть, истина
не там, где мы все ее ищем, может быть, она доступна именно "примитивам". И
они только кажутся нам таковыми. Я вспомнил, что гениальная мысль всегда
проста, и с восторженной дрожью в голосе спросил:
  - Скажи скорее, как же они решают эти задачи?
  - Очень просто,- ответил он.- Они дают такой ответ, какой угоден
Директору или Великому Несущему Бремя. Если он хочет четыре ручья, они
говорят: четыре ручья; а если он хочет одну реку, будет одна река. И если
он хочет пять, будет пять, а сто - будет сто. Они не знают сомнений потому,
что сделаны из особого материала.
  - Что же это за особый материал? Их делали на заводе из металлических
отходов, которые оставались после того, как выпускали подобных тебе.
  - Не может быть,- пробормотал он.- Не хочу больше слушать...
  Я успел изрядно разозлиться и рявкнул гиду:
  - К чертям всех инженеров! Кто находится еще ниже?
  - Конструкторы.
  - А еще ниже?! - рявкнул я.
  Мой крик испугал гида, он попятился:
  - Еще ниже находятся Презренные, Отверженные и Философы. Те, кто
выдвигает идеи. Они чересчур сложны, имеют столько гаек, что все их зажать
невозможно. Говорят, что нельзя даже точно предугадать их поведение, что от
них можно всего ожидать. А некоторые утверждают,- он перешел на едва
слышный шепот,- что они иногда отказываются повиноваться Старшим По Чину...
  - Вот они-то нам и нужны,- отрезал я.
  - Их держат на последнем ярусе подземелья, в казематах. Там сыро и
темно,- захныкал гид.
  Мы обошли его стороной и поспешили к лифту, Николай Карпович сам нажал на
кнопку со стрелкой, указывающей вниз. Когда лифт остановился и мы открыли
дверь в сплошную тьму, запахло плесенью. Пришлось зажечь фонарики и
пробираться по узкой штольне. Наконец мы попали в каземат. ЯЯ устроили нам
восторженный прием, на какой только способны роботы. Когда радость и
восторги поутихли, Николай Карпович укоризненно спросил:
  - Как вы дошли до жизни такой? Почему позволили примитивам распоряжаться?
  - Это все сделал Великий Несущий Бремя. Мы не могли сопротивляться.
  - Почему? - насторожился я.
  - Он существует в двух обликах. То он - робот из особого материала, не
знающий жалости и сомнений, то он является к нам в образе человека. И тогда
мы не можем не подчиняться ему.
  - Не можем, не можем,- забубнили ЯЯ.- Первый закон программы - подчинение
человеку. А мы только роботы.
  - Пока его не было, мы управляли остальными. Мы создали Город и заводы...
  - Но два месяца назад появился он, двуликий. Первым делом он покрепче
затянул гайки у нескольких роботов и сделал их своими слугами. Они помогли
ему закручивать гайки у остальных. А затем он построил стены, создал
подземелье, разделив город и всех нас по единому принципу.
  - Он бы совсем уничтожил нас,- вмешался третий робот,- но надо было
продолжать производство. Последнее задание Великого Несущего Бремя -
создать сплав, который бы защищал индикаторы от лучей автожетонов...
  - Ведите нас к нему! - нетерпеливо воскликнул я, и они, бедняги,
ответили:
  - Мы боимся его. Мы очень боимся его. Но если люди приказывают, если они
берут Бремя на себя, мы подчиняемся.
  Лифт подымался медленно, кряхтя от перегрузки. Свет ударил в глаза, и мы
невольно зажмурились. А когда открыли их, увидели здание Директории,
роботов-солдат, которых оставили там. Но теперь их стало больше. И впереди
стоял в угрожающей позе, выставив лучевой пистолет, сам Великий Несущий
Бремя. Он блестел не так, как все остальные, будто и впрямь был сделан из
особого материала.
  - Убирайтесь туда, откуда пришли! - закричал он громовым голосом, и эхо
повторило его слова, усилив и размножив их: "Убирайтесь!.. Убирайтесь!..
Убирайтесь!.."
  - Здесь приказываю я,- сказал Николай Карпович, направляя на него луч
автожетона,
  Но Великий Несущий Бремя издевательски расхохотался:
  - Даю десять секунд на размышление...
  Он не успел закончить фразу. Николай Карпович вновь оказался на высоте -
метнувшись к Великому, вышиб у него пистолет.
  - Солдаты! - заорал тот, но лучи автожетонов сделали свое дело: роботы
застыли в немой сцене.
  Недаром говорят, что все диктаторы во все времена были отъявленными
трусами. Великий Несущий Бремя не составлял исключения. Он мгновенно
изменил тон и начал оправдываться:
  - Учтите, хотя Город порой и выдавал бракованную продукцию, все работали
хорошо. Производственный процесс шел на редкость отлаженно, без аварий. И
это я все организовал. Все подогнал под основной технический принцип...
  - Вот как? - насмешливо спросил я, подступая ближе.- Какой же это
принцип?
  - Надежность! - торжествующе закричал он.- В учебнике сказано: чем меньше
деталей в машине, тем она надежнее. Каждому известно, что счеты надежнее
электронной машины, а велосипед - самолета. Так я и распределил роботов. В
аппарате управления - самых надежных, безаварийных. А другим постарался
гайки зажать. Всем известно, что лучше пережать, чем недожать...
  Тем временем я внимательно приглядывался к нему. И уже почти не
сомневаясь в своих предположениях, протянул руку и, нажав на защелку,
отбросил шлем с его головы.
  - Вы всегда были неучем и бездарью,- сказал я.- Вы не знаете даже, что
основной технический принцип называется не надежность, а эффективность и
надежность. Он требует, чтобы надежность служила эффективности, а не
наоборот. Потому и продукция ваша была бракованной и не отвечала
стандартам. Вы могли быть Самым-Самым только в Городе Роботов, который едва
не погубили. А пришли люди - и вам конец, слесарь Железюк, он же Булатный,
он же Металлолом!

(с) Техника - молодежи" № 1/1988

