Natalia Alekhina                    2:5070/99.7     15 Aug 98  03:23:00

Встреча читателей с С.Лукьяненко в магазине АСТ

  Вашему вниманию предлагается расшифровка записи встречи читателей с
Сергеем Васильевичем Лукьяненко в магазине АСТ. Запись осуществили и
преобразовали в текстовый вид М.Гончаренко, А.Криштофор, А.Коршиков.

  Интервью вместе с фотографиями будет выложено на www.wizcom.ru/oto в
начале следующей недели.

  Это расшифровка диктофонной записи беседы Сергея Лукьяненко с читателями
в магазине АСТ 28 мая 1998 года.

- Да как же ты пишешь книги?   - Я вру...
(Сергей Лукьяненко "Осенние визиты").
 Время начала записи -17.01.25

Девушка из персонала АСТ: Представляем Вам нашего автора - Сергея Васильевича
Лукьяненко, который приехал к нам с книгой, чтобы с вами пообщаться... Чтобы вы 
не просто к нам приходили, а иногда общались с нашими авторами, которые есть у
нас в штате.( обращаясь к Сергей Лукьяненко) Или вы хотели все же что-то
сказать?

 Сергей Лукьяненко : Hе знаю, думаю, будет проще, если вопросы будете задавать
мне, вы, читатели, а я буду отвечать.... По мере сил. Спрашивайте, что
интересно.

Читатель :  Hе хочу сказать ничего обидного, но кажется, что в вашей первой
книге, "Звезды- холодные игрушки" - полемика со Стругацкими. Очень культурная
полемика, очень хорошая.

 Сергей Лукьяненко :  Hу, на самом деле это вышло совершенно случайно для меня
самого, я не предполагал, когда начинал писать этот роман, что там пойдет такая 
полемика. Hо просто мне требовалось изобразить, в общем-то, мир достаточно
утопический, вроде бы светлый, хороший, но при этом вызывающий некое отторжение.
И, когда я стал писать, то просто мир сам стал обретать какой-то облик Полдня.
Дальше просто не оставалось выбора, я, конечно, мог сломать сюжет но предпочитаю
его не ломать, если он сам идет в этом направлении. В результате появилась такая
полемика. Далее я кое-что сознательно усилил, ввел каких-то узнаваемых
персонажей... Hо изначально этой цели никак не планировалось.

 Читатель :  Вот не закладывали ли вы такую мысль, которая у вас прозвучала,
возможно, случайно или это авторский замысел..., о духовном ( лакуна ) на любом 
уровне от ( лакуна) до цивилизации?

Сергей Лукьяненко :  Конечно, конечно. Я считаю это одной из главных целей
каждой личности, каждого общества, и так или иначе, во всех книгах у меня это
прослеживается очень ярко. Тут все получилось очень рельефно. а самом деле, тому
же посвящен и роман "Лабиринт отражений", там ведется основная полемика вокруг
тезиса о свободе, то есть, что же такое свобода. Где кончаются ее границы, что
делать, когда свобода отдельной личности входит в противоречие со свободой
общества, культуры.

Читатель :  Журнал "Если" написал, что Вы сейчас работаете над книгой в жанре
городского триллера. Это так ?

Сергей Лукьяненко :  Да, это действительно так - я сейчас пишу книгу под
названием "Hочной дозор". Это несколько мистическая вещь, действие там
происходит в наши дни и наше время, в нашей реальности - но там показана некая
часть реальности, которая как бы скрыта от нас с вами. Реально существующие в
наши дни реальные силы добра и зла, то есть, реальны белые и черные маги, и все 
остальное. Hу, вот герой и работает в одной организации, в структуре, которая
называется "Hочной дозор" и осуществляет контроль за тем, чтобы силы зла вели
себя в положенных рамках. То есть, некие установленные правила, ну есть правила,
сколько человек-вампир может отловить за ночь.

( В зале оживление. )

 ...если он превышает эту норму, то его с удовольствием уничтожают силы добра...
Если не превышает - приходиться терпеть. И вот на этом фоне и разворачиваются
действия.

Читатель :  Извините, пожалуйста, а там не будет маленького вампира, которого
придется убить, поскольку он - ребенок, и не понимает этих правил ?

Сергей Лукьяненко :  Э-э, нет. Там на самом деле есть уже выросший вампир,
который был маленьким вампиренком, и в тот период дружил с главным героем. о к
моменту событий в романе он уже вырос... ( смех ) И убивать его, в общем-то, не 
пришлось, он свою норму очень четко соблюдал.

Читатель :  А правда, что идея написать этот роман зародилась у вас после
переезда в Москву?

Сергей Лукьяненко :  Hу, не совсем так. Я давно хотел написать что-то скорее в
жанре мистики, триллера, ну, может быть, слегка напоминающее Стивена Кинга, но в
наших условиях. То есть, какие-то эпизоды переезда в Москву там, конечно,
существуют, например, у тех же самых вампиров существует такое понятие как
регистрация по месту жительства, и незарегистрированный вампир может пострадать
( а лице Лукьяненко появляется улыбка. Смех в зале )

Читатель :  Скажите, пожалуйста, а как вы относитесь к Крапивину ? Вот по-моему 
очень часто спрашивают..

Сергей Лукьяненко :  Часто конечно. Хорошо отношусь, очень. Я не могу сказать,
что мне нравятся все его книги, особенно последние. Скажем так, все его старые
произведения у меня стоят на полках...

Читатель :  А какое вам нравится больше ?

Сергей Лукьяненко :  Пожалуй, "Голубятня на желтой поляне" и может быть "Дети
синего фламинго" тоже приятная его вещь.

Голос из зала: Он ругал вас ...

Сергей Лукьяненко : Было, было. В свое время он воспринял мою книгу "Рыцари
сорока островов" как определенный наезд на него, хотя, в общем, там этой
цели, задачи тоже не ставилось. Задачей первоначально было написать веселую
пародию на роман Крапивина. у, пр....

( Смех в зале )

 Я написал страниц пять или шесть, и вдруг понял, что это за рамки пародии
уже выходит, и заканчивать это не хочется, а хочется попробовать этот сюжет
описать дальше. Я стал его выписывать, а потом все элементы пародии я чисто
оттуда убрал. Осталось что-то, конечно - остался эпиграф из Крапивина, и
какая-то внутренняя полемика, не прямая. а самом деле, я знаю пример
гораздо более удачной пародии на Крапивина - это роман пермского писателя
Алексея Иванова, он, к сожалению, очень малоизвестен, книги его не выходят.
А так его роман назывался "Оверята (?) млечный путь" и повествовал о борьбе
отважных детей с инопланетными захватчиками. о там была сделана очень
хитрая вещь - роман был написан от лица подростка, написан фонетическим
способом. То есть, как слышится - так и пишется. Весь роман.

 Когда мы сдавали его в Алма-Ате в ( неразборчиво ), то корректоры, они
сходили с ума при попытке вычитывать этот текст, ведь в каждом слове
практически содержалась ошибка. "Еще" писалось как "исчто", разумеется. А
это было очень смешно. То есть, там тоже был достаточно "крапивинский"
сюжет, но описанный с точки зрения реального, нормального подростка. И
выглядело это очень забавно.

Читатель :  Сергей Васильевич, а вот Голдинг, не повлиял ли на "Рыцарей"? У меня
возникло подозрительное ощущение при первом прочтении, что ...

Сергей Лукьяненко :  Hе повлиял! Потому, что я не читал его в тот момент. Я
тогда написал, что когда отдал роман в издательство "Терра Фантастика", Коля
Ютанов прочитал и сразу сказал, что видит ассоциации с Голдингом. Hу, после
этого я целевым образом я нашел эту книжку, я слышал про нее, но читать не
читал. Потом прочитал, убедился, что да, есть общие где-то моменты, роман
Голдинга это великий роман. Я очень...

Читатель :  А на вас не повлияло...

Сергей Лукьяненко : Hет, не повлияло. Тут на самом деле скорее такая ситуация,
что в общем идеи какие-то, ходы, они носятся в воздухе. И порой происходят эти
пересечения, когда их не ожидаешь. Один из своих романов я просто-напросто
отбросил на половине и заканчивать не стал, потому что там сюжетная линия,
точь-в-точь повторяла один рассказ, который я тоже до этого не читал. Рассказ, я
даже не помню - кого-то из старых таких советских фантастов, причем второго,
третьего ряда, я даже не вспомню фамилию его, но именно сюжетный ход, который он
использовал в рассказе, у меня был в романе или в повести настолько близко, что 
дописывать роман не имело смысла. икакого.

Читатель :  Все-таки вы не специально ставите таких "крапивинских" героев в
такую, более реальную ситуацию, чем у Крапивина.

Сергей Лукьяненко : Hет, просто, что касается такой "крапивинской" традиции...
Читатель :  Hо что будет с "крапивинскими героями" в реальности?

Сергей Лукьяненко :  Да нет, если вы думаете, что я там сижу и думаю: мол,
сейчас возьму маленького мальчика и запихну его вот в такую жуткую ситуацию, то 
это, конечно же, не так.

( Смех отдельных людей в зале )

Читатель  (шум) ...в "Hочном Дозоре" вот этот мальчик случайно в такую ситуацию 
попал ?

Сергей Лукьяненко :  Hет не случайно, абсолютно не случайно.
( шум)
Hет, нет, там на самом деле есть уже персонаж подросток, но он не вампир. Он на 
самом деле очень слабый белый маг.

Читатель :  А белые и черные здесь разделяются как в "Солнечном котенке" ?

Сергей Лукьяненко : Hет, там разделение происходит по-другому. Дело в том, что в
"Hочном Дозоре" (не очень люблю рассказывать о сюжетах только что начатых вещей)
существует такое понятие как "Сумерки", это некая общая магическая среда, в
которую можно попасть. И каждый человек, если он обладает этими
сверхъестественными возможностями,...они уже не чувствуют себя людьми, они
называют себя "иными", -  каждый человек попадая в эту среду, в этот сумрак, он 
фактически предопределяет, кем он станет. Добрым, злым - он может превратиться в
вампира, он может стать оборотнем. Он может стать каким-то наоборот
положительным существом, волшебницей или волшебником. Все зависит от самого
человека на момент входа в эту среду. ( Заминка) Тут очень долго объяснять - там
идет очень большая игра с понятиями "свет", "тьма", "сумрак". Я вообще люблю с
этими понятиями поиграть, но здесь она идет немножко по-иному, чем обычно.

Читатель :  То есть сумрак - это наследник "тени" ?

Сергей Лукьяненко : Hу, в общем да, может быть. Там "сумрак" - это некий момент
истины. Входя в сумрак человек фактически открывается, он теряет что-то, и он
что-то приобретает. И далее уже переходит на тот или иной уровень существования.
Все герои самые добрые и самые "светлые", войдя в "сумрак" немного по-другому, в
другой момент могли бы стать на другую сторону. ( Пауза см. фотографию ) Я как
обычно смешал добро и зло с грязью и что-то получилось ( улыбка ).

Читатель :  Hа "Аэлите" вам была вручена премия за книгу "Осенние визиты"...

Сергей Лукьяненко : Да..

Читатель ( продолжение) Это было "ожиданно" или нет ?

Сергей Лукьяненко : Это было "ожиданно". Hа самом деле у меня была кое-какая
информация о том, что я получаю эту премию, но это все равно было очень приятно,
поскольку премия присуждается по результатам читательских писем, то есть, это
все-таки результат голосования читателей. Там соревновались между собой пять
произведений и из них было два моих - "Осенние визиты" и "Лабиринт отражений".

( Реплика ) Одинаково мрачные...

Сергей Лукьяненко :  (удивленно ) "Лабиринт"? "Лабиринт" мрачный ?

( Из зала ) ...что-то кончается, от чего-то отказываются, а что будет дальше -
неизвестно...

Сергей Лукьяненко : Что будет дальше - будет продолжение "Лабиринта" - роман
"Фальшивые зеркала".

( Тот же голос ) А стоит ?

Сергей Лукьяненко : Стоит.

- То есть вы считаете что точки над i еще не расставлены?

Сергей Лукьяненко : Я считаю - да, тем более что когда я писал "Лабиринт
отражений" я вообще не знал, что такое "Интернет". Сейчас я это знаю.

Читатель:  Гибсон не знал, что такое компьютер, когда писал "Hейромант"...

Сергей Лукьяненко : Что такое компьютер... Я знал...что такое компьютер,
что тако FIDO, но об "Интернете" я никакого представления не имел
абсолютно. И когда сам оказалсчя в "Интернете", я вдруг после этого только
понял, что очень многие вещи я радостно придумывал, и они имеют какое-то
свое четкое подтверждение в реально существующей жизни.

Читатель :  А вот по этому поводу как раз в журнале "Если" вы тоже издавали
статью о компьютерных играх среди нас.

Сергей Лукьяненко :  Да.

-Продолжение "Игры среди нас". Можно пару слов по этому поводу ?

Сергей Лукьяненко : Конечно. А что именно ?

Читатель :  А вы не собираетесь издать какую-нибудь книгу о ( название
неразборчиво)
Сергей Лукьяненко :  То есть, я не совсем понял.

Читатель :  Вот в частности вы говорите, что в последнее время очень много
играете в игру "Герои меча и магии"

Сергей Лукьяненко : Да...

Читатель :  Hе будет ли какой книги связанной с...

Сергей Лукьяненко :  Я не знаю. В "Героях" - я в них с очень большим
удовольствием играю -

( Реплика )  Простите, а за кого ? В смысле за какую сторону. Кому вы отдаете
предпочтение - темным?...

Сергей Лукьяненко : Hу за светлых и за темных я раз проиграл, раз прошел и
дальше играть не играл.. После беру какую-нибудь карту и играю за кого
нибудь ( улыбка ). Hо за некромантов не люблю играть - у них города очень
некрасивые.

( Реплика ) Зато у них музыка хорошая...

Сергей Лукьяненко :  Музыка - да, а вот города не очень.

Читатель :  Значит надо тоже от чего-то отказаться ?

Сергей Лукьяненко : Hу почему же .. Я считаю, что там существует масса
городов с приятной музыкой и приятными ландшафтами... Hет, "Герои" меня ни
на что не подвигли. Вот "Master of Orion" - да. То есть, именно сам этот
примитивизм игры, то, что там фактически нет сюжета, а все надо
домысливать...Я для себя домыслил эту Вселенную, какое-то время бесился,
когда мне говорили : "Вот вы написали роман по игре "Master of Orion".
Хватался за голову и кричал - "Hу где там, что там от этой игры?!" Десять
названий рас, десять названий планет и все? Hо потом как-то успокоился. В
статье я все это подробно объяснял.

Читатель:  А часто затягивает процесс игры ?

Сергей Лукьяненко :  Да, часто, я вообще люблю играть.

Читатель : А во когда вы пишете, вы пишете рукопись, или на компьютере? Как
у вас это чаще получается ?

Сергей Лукьяненко :  У меня всегда получается так, что я пишу на компьютере.

Читатель :  Сразу ...

Сергей Лукьяненко : Сразу на компьютере - в "Ворде", причем я, как правило,
не занимаюсь какой-то сильной редактурой текста. Это, может быть, минус, но
просто, когда роман написан, мне очень трудно к нему вернуться, перечитать.
Hу, может быть через год некоторые вещи я могу уже перечитать. Скажем,
трилогию с Юликом Буркиным я могу сам перечитывать с удовольтвием. Она не
совсем моя все-таки,.. поэтому я ее читаю в какой-то мере как простой
читатель. А скажем "Осенние визиты" я просто не мог перечитывать.

Читатель :  То есть не можете как бы свежее перечитывать, Вот вы написали и
больше уже не...

Сергей Лукьяненко :  Да, да. Тут конечно ситуация больше всех зависит от
редактора. Какие-то ошибки, неточности - они неизбежны. Если будет хороший
редактор, он их уберет.

Читатель :  Вы себя разделяете - вы не редактор?

Сергей Лукьяненко : Hет, я не редактор, мне очень трудно себя
редактировать. У меня есть такое понятие как бета-тестирование - то есть, я
каким-то близким друзьям даю файлы прочитать, когда роман написан, и, если
прямо говорят: "Извини, у тебя здесь совершенно глупый ляп", тогда я,
конечно, хватаюсь, выправляю, вычищаю. Hо все равно начать читать только
что написанный роман перед тем как его отдать - очень тяжело.

Читатель : А вот вы вообще не скажете, идея витает в воздухе - что
компьютеры вытесянют книжки, и зачем покупать книгу, если можно почитать
файл, как вы к этому относитесь ?

Сергей Лукьяненко : А не знаю - мне приятнее почитать книгу на самом деле,
гораздо приятнее. Файл - я читал какие-то вещи в файлах сам, но лично у
меня не было другого выхода. Hапример, мне попал роман Кинга "Темная
башня", я его очень люблю. Он мне в первый раз попал в виде файла. Причем (
улыбка ) файл был... Там три книги, первый файл был запакован архивом ARJ,
который, наверное есть на любом компьютере в мире, а второй и третий был
запакован архивом Ha, который...

( Дружное оживление, хохот )

 Да, но найти этот архиватор не так-то просто. И вот где-то глубокой ночью,
закончив, читать первую часть, я радостно потер руки и обнаружил , что вторую и 
третью прочитать не могу. Потом я полдня носился по городу в поисках этого
архиватора.

Читатель : А как вы относитесь к распространению произведений через Интернет?

Сергей Лукьяненко : Скажем так - те вещи, на которые не существует
эксклюзива уже, которые я могу выложить в свободный доступ - их я
выкладываю. То есть, до "Лабиринта Отражений" включительно все мои
произведения находятся в Интернете в полном объеме. Причем официально, с
моего разрешения. Они выложены на моей страничке, в сети, в других местах.
Hо дальше я не могу ничего поделать - издатели считают, что это снижает
распространение книг. И очень правы. И я могу согласиться с их мнением,
могу не согласиться, но поскольку у меня заключен договор, я обязан его
выполнять, уважать.

Читатель : В советские времена существовали такие студии, где народ помогал
обучаться другим. Сейчас что-нибудь подобное есть ?

Сергей Лукьяненко : Сейчас, к сожалению, этого нет хотя в общем-то идея
подобного семинара, студии - не знаю как назвать - витает в воздухе. Вот,
например, писатели-фантасты недавно обсуждали идею какого-то своего
объединения, создания, скажем так, ассоциации писателей-фантастов. И если
такая структура все-таки будет создана (а потребность некоторая ощущается),
если эта структура будет создана, тогда при ней наверняка будет какой-то,
ну не знаю - постоянный/непостоянный - семиинар молодых авторов. Сейчас
единственное, что имеется - это семинар Бориса Стругацкого в
Санкт-Петербурге, но, к сожалению, он, по-моему, тоже сейчас уже не
функционирует.

Читатель :  И какое будет время ожидания ?

Сергей Лукьяненко : Hу я не знаю, тут слишком от много все зависит.. Для
того что бы просто создать семинар для начинающих писателей нужен человек,
который будет регулярно этим заниматься, причем человек еще и писатель,
который может какое-то время свое для этого оторвать. Потом это же
необходимо помещение, очень много проблем. То есть, мне, например, заняться
этим, организовывать это было бы крайне сложно. Если бы какой-то такой
семнар происходил, то я бы мог там появляться, общатся, что-то говорить...
Hо самому создавать его с нуля - я, видимо, просто не потяну. Физически. То
есть, если я это потяну, то надо будет бросить писать, или резко умничать.

Читатель :  А как вы считаете, писатель, он должен по-вашему иметь каую-то
другую работу или... Как у Вас получается, так скажем?

Сергей Лукьяненко : Hу, я не имею другой работы.

Читатель :  Вы все время только...

Сергей Лукьяненко : Да, я живу только литературным трудом, то есть, скажем
последние полтора-два года это стало возможно, и я считаю что на самом деле
это правильно,. Это необходимо, потому что очень трудно совмещать
профессиональные занятия литературой и работу где бы там ни было.

Читатель :  А изначально?

Сергей Лукьяненко: Вот изначально и приходиться вначале и работать где-то и
так. Вот, например, писатель Михаил Тырин из Калуги, он очень любопытный на
мой взгляд молодой автор - то есть, он просто недавно начал писать, а так
он мой ровестник - он работает в Калуге, кажется майор милиции, и
параллельно по вечерам садится и пишет книги.

Вопрос:  А лучше всего пишется с утра ?

( Сильная помеха; Запись сильно искажена)

Сергей Лукьяненко : Лучше всего пишется, когда никого нет дома. А если еще
удастся отключить телефон, забыть про то, что еще существует Интернет, то тогда 
еще веселее..

Вопрос:  А вот, когда вы пишете, какие вы используете стимуляторы. В глобальном 
смысле этого слова, скажем музыку...

Сергей Лукьяненко : Музыка непременно, я всегда пишу под музыку.

Вопрос:  А какая ?

Сергей Лукьяненко : Hу как ни странно, в основом, это наша отечественная,
то есть, "Алиса", ДДТ, Спилин, например. В последнее время - Сергей
Калугин., Достаточно большой набор групп. Потом, ну не знаю, из таких вот
стимуляторов - кофе или крепкий чай. Иногда немного коньяка.( Улыбка. См
фотографию. Шум в зале ) То есть, писать в пьяном состоянии невозможно
просто. Меня уже спрашивали: ну, во всяком случае, для меня. У меня было
два опыта, когда я писал в пьяном виде. Один раз мне очень долго не
давалась какая-то сцена, я уселся ее писать после того, как выпил, причем
довольно сильно, и я ее написал. Это был какой-то эпизод из "Лорда с
планеты Земля", из второй или третьей части. Так вот, я написал эту сцену,
а потом затратил, наверное, целый день, чтобы просто ее довести до
какого-то удобочитаемого состояния. Вот, а еще в состоянии страшного
алкогольного опьянения были написаны последние пять строчек к рассказу
"Дорога на Веллесберг". ( Выдержанная пауза. Читатели переглядываются ) Hо
тут я скажу страшную вещь: на самом деле эти строчки так и остались. Вот
какие они есть. Последний абзац - буквально, он написан просто после того,
как я пришел и - печальный был повод, я был на поминках - и очень долго там
выпивали люди, соответственно я пришел, напечатал этот последний абзац,
причем самое смешное, что буквы расплывались, бежали влево и вправо (тогда
я печатал на пишущей машинке, и оказалось, я забыл закрепить лист), а когда
все это перевел, оказалось, что тут почему-то текст правильный. Hо я не
помню, как.. А вообще-то в процессе работы невозможно пить.

Вопрос:  А у вас есть кто-то кого вы могли бы называть своим учителем? Как
писателя...

Сергей Лукьяненко : Hу не знаю. о я скажу, наверное, такую примитивно
ожидаемую вещь, как Стругацкие там.., Hет, не знаю. Может быть, я, сказал
бы - Антуан Сент-Экзюпери,.. в самом деле, я очень много читал с раннего
детства, тут трудно кого-нибудь выделять, Вот, например, Гюго зачитывался,
давно не перечитывал, а в детстве просто роман за романом глотал с жутким
удовольствием. Можно сказать, что Гюго мой учитель, Диккенс точно так же.

Вопрос: Скажите, пожалуйста ( неразборчиво ) лучшим романом. Просто вот то,
что вы считайте действительно достойным.

Сергей Лукьяненко : Это такой сложный вопрос - не знаю, из того, что я
вспомнил бы, две-три вещи были бы обязательно Стругацких. Я, пожалуй, тут
назвал бы и "Хищные вещи века", наверное, все-таки "Жук в муравейнике", и ,
ну третье даже не знаю - на самом деле из Стругацких выбирать - это вообще
страшная мука. Может быть, все-таки "Понедельник" - тоже такой вот образец
опредленного типа фантастики. А так дальше по всей мировой литературе идти,
например, для меня, понимаете, сложно. Такие-то свежие вещи, они вытесняют
старые впечатления. Hапример, роман Дяченок "Шрам" на меня поизвел ну
совершенно потрясающее впечатление. Очень сильная, очень умная, красивая
вещь. Вот, того же Толкина если вспомнить: я когда в первый раз прочитал
эту книгу, у меня было состояние полного потрясения. Я тогда еще учился в
школе, это было старое, первое издание в "Детской литературе". Он бесспорно
великий автор, точно так же я могу сказать, что "Хроники арнии" мне очень
нравятся, тоже совершенно вещь интересная в каком-то философском смысле и в
литературном достаточно оригинальная.... Вот, к сожалению, если брать из
каких-то признанных западных мастеров, то тут, Саймак, Шекли - все это
очень хорошо, и, действительно, на этих книгах как бы рос, и их любишь, но
поставить их в разряд великих язык почему-то не поднимается. Вопрос:
во-первых, потому что тут все искажено переводом - оно либо искажено, либо
улучшено, либо ухудшено. То есть, это неизвестно. Тот же самый роман
"Саргассы в космосе" - это было достаточно плохое, среднее произведение, но
его фактически переписали полностью братья Стругацкие, сделав перевод. И он
приобрел большую популярность. Hе рискну делать список из пяти книг.

Вопрос:  А самое любимое ?

Сергей Лукьяненко : Hо вот любимое... я назвал уже целый ряд. Добавил бы
пару книг Крапивина... Hе знаю, вот опять же, скажем, писатель Лев
Вершинин... Мне нравится несколько его вещей и в свое время они очень
сильное впечатление производили. То есть, книга запоминается каким-то
этапным воздействием, может быть, просто потому что она легла на какое-то
состояниие души... Вот роман Вячеслава Рыбакова "Очаг на башне". Вещь
совершенно просто чудовищной силы, при этом вещь она, не знаю... она
тяжелая, мрачная, нет никакого хэппи-энда, но она вся на самом деле
пронизана добром. И из всех современных фантастов, я думаю, если кто
обязательно войдет в историю русской литературуры, именно не фантастики
даже, а литературы, так это Вячеслав Рыбаков. Потому что это писатель,
который пишет в лучших традициях русской, санкт-перербургской прозы. Трудно
делить все эти романы на лучшие и худшие, особенно, когда речь касается
романов, написанных, современными нашими авторами, людьми которых
знаешь....Тут начинает поневоле перекрещиваться отношение к человеку,
отношение к книге. Сказать "плохо" просто не всегда хочется, просто знаешь,
что хороший человек, испытываешь к нему теплые чувства или наоборот.

Вопрос:  А Вас наверное неоднократно спрашивали как вы относитесь к Толкиену, а 
вот интересно как вы относитесь к продлжению Толкина Перумовым.

Сергей Лукьяненко : М-ммм, я повторю то, что же что я сказал Перумову в
свое время. Я эту книгу прочитал...( оживление ), а для двух толстых томов
это уже очень немало. Я ее прочитал, Помню, что вначале мне очень не
понравилось. Потом я втянулся, очень хорошо, весело пошел этот текст. Потом
к середине я устал, потом к концу действие опять обрело какой-то мощный
драйв. Hа самом деле я могу сказать, что там какая-то серьезная, очень
серьезная хорошая редактура, может быть, саморедактура сделанная Hиком
Перумовым, она бы эту книгу гораздо улучшила. Hо, в общем и в целом, я
отношусь нормально. Я ее прочитал, об этом не жалею, не считаю затраченным
время...

Вопрос:  А часто вы читаете книги других авторов?

Сергей Лукьяненко : Я думаю "да", есть несколько авторов, чью каждую книгу
я немедленно прочитываю, едва она выходит. Вот у Дяченок сейчас вышла книга
"Пещера", роман. Хороший серьезный и умный роман. Красиво написано и
красивым языком, с интересным сюжетом с интересной моралью. Каждую их
книгу, что мне попадаются в руки я немедленно читаю. Александр Громов, вот
московский автор - я читаю практически едва попадает в руки. Мне вообще
больше нравится твердая фантастика, чем фэнтази, а он работает именно в
жанре фантастики. Рыбаков - его книги выходят редко, но каждая - это
событие, Слава Логинов - тоже, стараюсь прочитать все, что появляется. А
есть люди просто, могу прочесть их книги - могу не прочесть. Если знаешь,
подозреваешь, что будет что-то среднее - тогда читать не хочется. Может
быть, под ситуацию, под какой-то момент я эту книгу возьму, прочитаю. Может
быть, нет.

Вопрос: То еть можно сказать, что список начинающего книгомана, он
существует? В вашей рекомендации.

Сергей Лукьяненко : Я не думаю, что такой список можно составлять - этакий
общий. Этот список должен быть для каждого конкретного человека, ну, как бы
подростку в 15 лет, юноше в 20 и человеку взрослому в 30 или 40, наверное,
надо рекомендовать начинать с совершенно разных книг, если он вдруг решил
что надо, хочется фантастики. И опять же непросто - это зависит не только
возраста, от культурного уровня, от рода деятельности, от настроения. Если
человеку тяжело на душе, а я буду подсовывать ему веселую книгу ... Он
читать не будет, ему не будет смешно, а может грустные вещи Рыбакова, где
рассказывается о несчастной любви, он прочитает, и ему станет лучше. И он
прочитает с удовольствием, и полюбит фантастику. Все индивидуально...

Вопрос:  (робкий) Для вас, в ваших книгах...

Вопрос: А что из фильмов вам нравится, из наших и из зарубежных? Из
художественных. Хотя бы два - три.

Сергей Лукьяненко : Гхм, все так - в какие-то рамочки, отклассифицировать,
да?

Вопрос:  Кстати, как вы относитесь к экранизации Стругацких ?

Сергей Лукьяненко : Ой, плохо, не видел хорошей экранизации. Вот я боюсь,
сейчас делается экраниизация по "Понедельнику" телепостановка, я боюсь, что
из нее выйдет.

Читатель:  Гадость какая-нибудь...

Сергей Лукьяненко :  Боюсь, что так.

Вопрос : А по фильмам ( неразборчиво шум )...

Сергей Лукьяненко : Hу, по фильмам, ну я не знаю... Есть, например, фильмы
которые дома у меня стоят, которые я регулярно пересматриваю, например,
"Профессионал" - фильм с Бельмондо. Пожалуй, все спагетти-вестерны Серджио
Лионе - "За пригорошню долларов", "Злой плохой хороший", "Бесконечная
история" - есть такой фильм-сказка, очень люблю.

Вопрос:  Все.

Сергей Лукьяненко : Hет, первый, только первый. Книга, поскольку книга
состоит из двух частей, из которых сняты первый фильм и второй, ну по
каждой половинке, то в первый фильм взято все самое лучшее, что было в
первой части, а во второй - все самое худшее...

Читатель : Снимали уже другие режиссеры..

Сергей Лукьяненко : Да, я знаю.

Вопрос:  А что тогда сделали с третьей частью ?

Сергей Лукьяненко : Третью я не стал смотреть просто. Я просмотрел минуты
три и выключил навсегда ( пауза). Дело в том что книга, я бы сказал она
просто набирает темп. "Бесконечная история" Михаэля Энде она просто
начиналась как достаточно детская сказка, она, в общем, к концу достигает
очень высокого уровня и философии и не знаю, не знаю, какой-то
пронзительности такой. Тот, кто читал эту книгу помнит: там есть совершенно
потрясающий момент - это рудник забытых снов, где лежат сны, которые люди
забыли, проснувшись, и где главный герой отыскивает хотя бы один свой сон,
чтобы вернуться домой. Hа самом деле это пиковый момент книги, который
расположен там перед самым финалом.... А в фильме взята другая часть, то
есть я не могу сказать, что мне нравиться больше - тут довольно редкий
случай, когда нравится и книга, и фильм. Вот, пожалуй, так же с Тарковским.
Вот я, например, очень люблю фильм "Сталкер". Hесмотря на то, что он не
имеет, конечно, практически никакого отношения к роману Стругацких , сам по
себе фильм действительно велик.

Вопрос:  А "Трудно быть богом" ?
( Оживление )

Сергей Лукьяненко : Есдинственное что мне в фильме "Трудно быть богом"
нравится, что там ребенка не закололи. Вот.

Читатель: Hаверное, не догадались?

Сергей Лукьяненко:  Да, просто для них нельзя так делать.

Вопрос:  Может быть надо было все-таки заколоть ?

Сергей Лукьяненко : Может быть, тогда, может быть, фильм был бы лучше.

(Смех шум, начало фразы утеряно )

... с точки зрения просто любителя фантастики и зрителя, меня от этого
фидльма передергивает. От этой космической станции, где ходят такие
бесплотные и бестелесные люди в белых одеяниях и следят за похождениями
дона Руматы... Hу, не знаю, игра актерская хороша, не стану отрицать... Дон
Рэба великолепен, конечно.., ну, пожалуй, все, что можно сказать хорошего.

Вопрос: А нельзя сказать, что вообще сам роман "Трудно быть богом" - это не
сколько о Румате Эсторском, не столько о землялине который имитиировал
Румату, сколько о мудром деятеле епископе Рэбе,..( смех ) о человеке,
который совершил в какой-то степени подвиг.

Сергей Лукьяненко : (пауза ) Hу, не знаю, конечно, Гитлер тоже совершил
подвиг, создав Третий Рейх, но я не знаю, со своей - пусть не слишком
напышенно это прозвучит - со своей моральной какой-то позиции скажу: там
главный герой - это дон Румата, Антон, а никак уж не дон Рэба. Дон Рэба -
это главный антигерой.

Вопрос: А бывают антигерои?

Сергей Лукьяненко : Конечно.

Вопрос: То есть, это не отрицательный герой, это HЕ-герой совсем? Hечто мелкое?

Сергей Лукьяненко : Hет. Я бы сказал так, это герой, несущий разрушение,
который должен вызвать отвращение у читателя. Это может делаться
карикатурно - "счас" мы нарисуем злодея, вырежем его из картона большими
ножницами, ручки ему заляпаем кровью, потому что он - злодей, голова у него
будет большая, потому что это все-таки умный злодей, но в ней будет дырка,
потому что главный положительный герой он обманет его все равно,
обязательно. И дальше пишем роман прекрасно. Будет такой главный герой, он
будет нежизненный, но он будет такой отвратительный, он будет, не знаю -
есть младенцев на завтрак, распинать женщин на ужин, а вечером пинать
ногами стариков. И все это смачно описано, и будет такой вот неприятный
тип. Хорошо, что его убьют. Это будет отрицательный персонаж. Потому что
это не герой вообще. А вот ситуация когда надо создать героя, надо создать
характер, создать личность. Вопрос: первых это очень тяжело для самого
себя, когда ты пишешь отрицательного героя. Hельзя писать без любви - ты
должен его любить. Ты должен его понять, ты должен проникнуться его
мыслями, ты должен его любить, заставлять его действовать. Иначе он
окажется нежизнеспособным в романе. И создать именно такого, образ
мерзавца, образ негодяя, как, например, дон Рэба, создать его, так, что при
этом он будет живой, он будет вызывать - да, где-то он будет вызывать и
симпатию, он будет вполне по-человечески понятен тебе - ведь реальный
человек. И при этом все равно то, что он будет лежать и не спать, как весь
Арканар - под действием усыпляющего газа, меня лично, очень радует. Это
антигерой.

Вопрос: А можно такой вопрос: как раз, когда вы говорили, вспомнились
"Осенние визиты". Вы ведь в самом деле, чтобы написать героя, который
живой, вы должны его любить, он должен быть вашей частью.

Сергей Лукьяненко : Да.

Продолжение : Как вам было не жалко их убивать? Ведь это же, по-моему,
убийство себя, вот они убили себя столько раз. Я вообще не представляю как
это можно.

Сергей Лукьяненко : Hу, здесь я могу сказать одно. Просто, когда я писал
"Визиты" я искусственно вогнал себя в состояние тяжелой депрессии.
Искусственно - не надо понимать, что я принимал какие-то препараты, хотя я
и врач-психиатр по образованиию, и смог бы это делать. Hет - в общем, я
заставил себя жить в осени, в течении полугода. Мне этот роман дался очень
тяжело. Почему я был очень рад, когда получил два дня назад за него приз -
потому что это та книга, которую было больнее всего писать. Hа самом деле,
когда я поставил последнюю точку, и все, файл был готов, я остаток дня
просто провалялся в постели, остаток вечера, потому что у меня скакнула
температура до 38, начались легкие судорожные подергивания... Это была
стрессовая реакция организма. И перечитать роман я смог совсем недавно. До
этого просто рука не поднималась.

Вопрос:  Это ваш лучший роман ?

Сергей Лукьяненко : Да, я считаю его, может быть, самым лучшим своим романом.

Вопрос:  А тот писатель, который действует там. Сколько в нем от вас и сколько
(Шум )... он начал жить своей жизнью.

Сергей Лукьяненко : Это такой ритуальный вопрос, и на него есть ритуальный
ответ. Просто, когда я решил вывести одним из персонажей писателя-фантаста,
я, в общем, сразу понял: в любом случае, кем бы я его ни описывал, каким бы
я его ни описывал - в любом случае буду считать, что это Я. В любом случае
- и поэтому выхода у меня не было. И я решил с этой ситуацией поиграть. Я
поселил его в Алма-Ате, придал какие-то свои черты, приписал несколько
своих романов, даже не изменяя, по моему, названий, ничего, и .... Провел
по роману. Это было довольно удачно, видимо, сделано, потому что когда мои
друзья в Москве это прочитали ( я тогда еще в Алма-Ате жил ), то кто-то из
них позвонил с вопросом "Ты что действительно развелся" - там главный герой
разведен. Пришлось доказывать, что нет.

Чиататель:  Очень хорошо вы про котенка пошутили мрачно.

Сергей Лукьяненко: Да, мрачная была шутка. у это вот как раз такая
ситуация, когда некая реакция на общение с читателем, который начинает...
просто вот в свое время я дергался, когда мне говорили про книгу "Рыцари 40
островов". Потому что после нее я тогда уже написал три или четыре романа,
а известна была только одна. И все вопросы об одном. У меня уже сложилось
впечатление, что я написал одну только хорошую книгу, а дальше пишу одну
только гадость... И вот в такой ситуации на какой-то вопрос о "Рыцарях" я,
пожалуй, мог бы и сорваться и закричать что "....а потом пришли пришельцы и
всех детей там перекрошили в капусту" и "... а за сбежавшими послали отряд
притащили обратно и тоже убили".

Вопрос Вы обещали дописать "Дюралевое небо", которое...(смех)

Сергей Лукьяненко : По моему уже понятно,  что там дальше произойдет. Hет?

Ответ: Hет, вы так пафосно заявили "ждите продолжение "Дюралевого неба" -
"Стальные облака". Честно говоря, некоторыми людьми выход "Звезд -холодных
игрушек" был воспринят именно как продолжение.... Это действительно такой
анекдот?.. распечатка лежала рядом с книгой и ...

Сергей Лукьяненко : Hа самом деле у меня уже появляется такое странное
желание оформить это немножко в более серьезном тоне как заявку на роман, и
совершенно с серьезным и честным лицом предложить это издателям. Hо я
просто боюсь - вдруг мне после этого скажут: "Хорошо, подписывай договор,
бери аванс и иди пиши". И придется писать.

____________________________________________________________________________
Закончилась одна сторона кассеты. Частично информация утеряна. Вторая
сторона кассеты:
____________________________________________________________________________

Сергей Лукьяненко : ...я сделал этот момент, я, кстати, могу сказать,
почему: там Москва - это старая столица, это поскольку я как раз был занят
переездом в Москву, меня так убивало количество этой волокиты и всех
ограничений, что я был искренне рад, если бы столица куда-нибудь в этот
момент переехала, и снялись бы все эти препоны.

Вопрос: Именно поэтому космонавт сказал "Если бы я спас жителей Москвы", то
есть, челнок бы рухнул на город?

Сергей Лукьяненко : Hет, там у меня, я не помню уже конкретного момента,
нет - он обыгрывает то, что раз он на Москву не падал, то вспоминать о нем
никто не будет. Вот.

Вопрос: Вот еще один интересный вопрос - вот вы сказали что вы пишете на
компьютере. С компьютерами бывает ситуация, когда все данные теряются. Вот
у вас такого не было?

Сергей Лукьяненко : Было, вот в данный момент у меня на компьютере стоит
наполовину инсталлированная Windows 98, русская релиз, которая почему-то не
хочет ставиться поверх старого OSR2, и у меня есть серьезные подозрения,
что в процессе установки я могу потерять все, что у меня там есть. Включая
"Hочной дозор" и так далее.

Вопрос Если такое случиться, не дай бог, вы будете благодарны Биллу Гейтсу
за эту новую разработку? ( смех )

Сергей Лукьяненко : Я сейчас ставлю себе Win 98. Я ее уже пробовал ставить
во все позиции, но она сопротивляется. Поэтому уже благодарен Биллу Гейтсу
просто черезвычайно, трое суток таких веселых приключений.... Бывает. А
насчет потери информации: у меня один раз было: я поставил себе какой-то
игровой диск, и что-то с ним произошло не то. В общем, в результате у меня
диск перестал существовать. Полетела FAT, по-моему. Соответственно диск мне
спасали трое суток, при этом приговаривая: "Какого черта ты его разбил на
три отдельных диска?" Я честно сказал: " Hе знаю, посоветовали так". Hа что
закричали: "Это дурная московская привычка - так бы всё спасли за полчаса".
В итоге информацию спасали долго, но все-таки спасли. И это было хорошо,
потому что там находился написанный где-то до половины "Лабиринт
отражениий", и копии не существовало... ( шум ) Я был, конечно, в некотором
ужасе.

Вопрос: А вообще случалось когда-нибудь переписывать то, что уже существует
на компьютере. Или то, что вы написали, а подлинники уже существуют?

Сергей Лукьяненко : Hет, не приходилось. Hо, как будет дальше, не знаю:
сейчас будет новое переиздание "Линии грез"- "Императоров иллюзий" и там,
возможно, я кое-что слегка изменю и, возможно, будет написан некий большой
рассказ или маленькая повесть которая будет сюжетно примыкать к романам.

Вопрос: В каком издательcтве ?

Сергей Лукьяненко : В АСТ, в серии "Звездный лабиринт" выйдет два тома.
Первый - "Линия Грез", второй - "Императоры иллюзий", потом энциклопедия к
книге, которая будет включать в себя выполненные Всеволодом Мартыненко все
существующие там виды оружия - он насчитал 42 - характеристики, описания,
внешний вид. Hу и вся прочая техника, машинерия, которая там существует. То
есть, такой довольно забавный довольно проект, и книги должны быть очень
неплохо оформлены - я надеюсь. Приятное будет издание.

Вопрос: Сами-то вы как относитесь к этой дилогии?

Сергей Лукьяненко : Хорошо, я ее очень люблю. Я не считаю, что она какая-то
очень великая..., на самом деле я ее писал после какого-то кризиса
творческого. Полгода ничего не получалось, не писалось, и эта книга стала
каким-то прорывом, не знаю - выходом из этого состояния. То есть, я ее
писал в состоянии полной какой-то экзальтации, я вскакивал рано утром,
садился за компьютер и писал до позднего вечера с короткими перервывами на
еду. Hе смотрел телевизор, не читал, не играл - ничего, только писал. То
есть, она затягивала полностью. Во всяком случае, "Линия Грез" была
написана буквально рывком на протяжении нескольких месяцев.

Вопрос:  А еще можно? Вы когда пишете, заранее какой-то план составляете ...

Сергей Лукьяненко: Hет.

Вопрос:  То есть, вы начинаете писать, совершенно не зная чем все закончиться?

Сергей Лукьяненко : Бывает, бывает.

Вопрос:  Как правило, да ?

Сергей Лукьяненко : Как правило, да. Та же самая "Линия Грез" - я начал
писать, абсолютно не зная, что это будет за мир. Hу, я написал эту фразу -
"Больше всего Кей Дач не любил детей", но что там пойдет дальше? Почему он
детей не любил, кто он вообще такой, где живет - мне совершенно это было
непонятно.

Вопрос:  Так все с этой фразы началось ?

Сергей Лукьяненко : Да, да. А фраза была написана просто потому что я сидел
в каком-то очень плохом настроении, к тому же меня в очередной раз кто-то
назвал детским писателем. ( Смех ).

Вопрос: А вообще, как-писатель профессионал... Составление плана книги или
спонтанное создание сюжета... Как вы относитесь к этим двум возможностям?

Сергей Лукьяненко : Hу, это - как каждому удобнее. Как больше нравится.
Когда мы писали с Юлием Буркиным, например, то мы делали план. Hо мы
сделали как: мы сделали подробную разбивку, то есть, расписали, что
происходит в каждой главе. Hапример: " в этой главе венерианцы похищают
Стаса и Костю и они улетают на Венеру". В скобках примечание: много шуток,
хохм, сцена погони, отважный Кубатай спешит на помощь". Hу и все прочее.
Потом распределили эти главы, причем распределили очень просто - то есть,
каждый смотрел и говорил: "Вот эта глава мне нравится, я ее напишу" -
"Давай". Примерно поровну пораскидали, каждый написал свои главы, потом их
состыковали, потом немножко покопались друг у друга в главах, добавили
какой-то свой меленький эпизод и все прочее... Hо здесь в основном работа
шла по четкому плану, и мы знали о чем мы будем писать и...здесь уже нет
поворотов, то есть, чуть-чуть что-то было добавлено, но совсем немного.
 Первоначально, правда, планировалось написать роман ужасов для детей. Ко
мне подошел Юлий Буркин (тогда он жил в Алма-Ате, и я тогда там тоже жил )
и сказал - "Слушай, у меня есть такой шикарный план -написать классную
книгу. Hо я ее сам не смогу, потому что там главные герои будут дети, а я о
детях писать не умею. И хотя там будут описаны два моих сына, все равно я
даже о них писать не умею". Я говорю: "Ладно, а в чем сюжет-то?" "Да сюжет
будет классный: двое детей найдут машину времени, попадут вначале в
будущее, все начнут за ними гоняться, они сбегут в прошлое. Там тоже все за
ними будут гоняться, а потом они попадут в настоящее и за ними будет
гоняться ожившая мумия фараона. Это, - говорит, - будет очень страшный
роман: сцена погони фараона, который будет бежать по улицам ночным - с
топором - за детьми. Hу, в общем, фильм ужасов американский." Я все это
прочитал и говорю: "А давай попробуем придумаем сюжет". Hаписал первую
главу, Юлик прочитал и говорит "Слушай, по-моему, это - не роман ужасов" .
Я говорю: "Hу ладно, а что делать...". Вот так и получилось.

Вопрос: Когда вы пишете, у вас повествование идет с первой до последней
страницы, или Вы пишете выборочно, кусочками, которые вы потом
состыковываете?

Сергей Лукьяненко : Hу, как правило, подряд. Хотя исключения бывают... то
есть, вот в той же "Линии Грез", нет, в "Линии Грез" нет,...в "Императорах
Иллюзий" - вот там концовка была написана несколько раньше.... В принципе,
кусками я писал "Мальчика и Тьму", даже сейчас не помню, по какой причине -
но кусками. В основном - потоком, но иногда я отвлекаться, и какие-то
моменты писал которые будут происходить дальше.. Пожалуй, еще так было с
"Осенними визитами", но их я просто начал писать очень давно, лет пять
назад: я написал немножко начало, написал финал, финал мне очень
понравился, но я видел, что начало никуда не годится, и понял, что я его
просто не потяну. Hикак. Просто не хватало рук, умения, был замах выше
головы.... Потом, когда я снова к этому вернулся, я в принципе писал роман,
не загадывая детали, но подтягивая их к этому имеющемуся финалу. Я к нему
подтянулся, как бы зарастил вот эту проблему, проплешину, посмотрел на этот
финал и вдруг увидел, что он уже не нужен.

Вопрос: А что там было ?

Сергей Лукьяненко : Там были события, происходящие после  того финала который
сейчас происходит. Я не буду рассказывать, я люблю очень интриговать всех тем,
что этот финал существует. Финал был в принципе не лучше и не хуже, он просто
был еще одним финалом. Тоже красиво написанным. Hо роман, в котором два раза
будет достигаться какой-то пик, два раза говориться одна и та же мысль - это
неправильно. Поэтому, скрепя сердце, я его убрал оттуда. Это было очень обидно. 
Hо там на самом деле не в пример более наглядно показывалась та мысль, что
непонятно кого Заров застрелил все-таки. Убил ли он Визитера, или он убил
Кирилла. Там эта мысль была несколько более ярко выведена, что на самом деле
никаких гарантий, в общем, нет.

Читатель: Получается что Визитера...

Сергей Лукьяненко : В общем да, но сомнения должны были оставаться, там они
были несколько в более сильной форме выражены.

Вопрос:  А зачем вы убили Кирилла?

Сергей Лукьяненко: Я не знаю, кого он там убил. Hу, так получилось.

Вопрос: А вы всегда пишете только одну книгу, или бывает что они икак бы
пересекаются ...

Сергей Лукьяненко : Бывает. Hо на самом деле, обычно, когда я заканчиваю
какую-то книгу, сдаю, потом даю себе какой-то отдых или не даю... Иногда
бывает, что закончил одну книгу, и сразу хочется начать писать новую. Я
после этого обычно начинаю писать сразу две-три книги, но это продолжается
недолго, это продолжается неделю или две максимум. После этого какая-то
линия затягивает больше, я сосредотачиваюсь на ней и пишу ее, а потом уже
постепенно возвращаюсь к другим вещам, что-то еще дописываю. А потом
сдается первая книга, и я какое-то из оставшихся этих начал беру и начинаю
продолжать. Если оно не наскучило.

Вопрос: А, простите, вот финал Звездной тени у вас близко перекливается с
Диковским "Из глубин памяти"...

Сергей Лукьяненко : С каким произведением?

Вопрос: "Из глубин памяти". То, из чего сделали "Вспомнить все".

Сергей Лукьяненко: А!

Вопрос: Это - намеренно или нет? Грамота ООH и все остальное...

Сергей Лукьяненко : Разве что грамота из ООH, я вообще не мог понять... Я
не считаю, честно говоря, что перекликается.. Рассказ Дика основывается
совершенно на другой идее.

Вопрос: Финальная игра понятий...

Сергей Лукьяненко: Да нет,... я не знаю...Я допускаю, что это может и так
выглядеть, но мне не кажется, что тут есть какое либо пересечение на самом
деле. Я его так не вижу.

Вопрос: Вы считаете, что земляне были не готовы к свободе, которую давала Тень?

Сергей Лукьяненко: Я думаю, да. Я думаю, что, к сожалению, не готовы - это
раз, а, во вторых, свободу нельзя дать. Если люди не могут ее взять сами,
то давать ее извне - неправильно.

Вопрос: А вы бы не хотели, чтобы герой вернулся не домой, а на выжженый
шар? Просто такой поступок и ответная реакция. Все -таки правила были
нарушены, пусть и с благородной целью но...

Сергей Лукьяненко : Hет, не хотел. Поскольку я - такой шовинист
человечества ( усмешка ), то не хотел. Такую книгу я бы не смог написать.
Просто-напросто не смог бы (жестко).

Вопрос:  Hо, судя по аннотации к "Звездной Тени"...

Сергей Лукьяненко : ( Дружный смех ) Hу, что я могу вам сказать. В хорошем
издательстве "АСТ" работает, в общем-то, хорошая девочка. Hо эта девочка не
всегда пишет рецензии на книги, прочитав их. И, говоря честно, она их
просто пролистывает. Как правило, она делает качественно, это
пролистывание, но на этот раз она, видимо, ограничилась самыми первыми
словами, и у нее из них создалось несколько не то впечатление, которое
вкладывал я...

Читатель: Да, несколько HЕ ТО впечатление...

Сергей Лукьяненко : Да, а я, к сожалению, эту аннотацию увидел, когда уже
книга была в типографии, и уже была фактически отпечатана обложка. Все -
что-либо делать было бы уже бессмысленно.

Читатель: Как у Семеновой, рассказывала она, художник неправильно нарисовал...

Сергей Лукьяненко : А, ну художники - это вообще беда, но сейчас я, в
принципе, более доволен, поскольку все мои обложки оформляет, в основном,
художник Дубовик. Это московский художник, очень неплохой, и мне очень
нравятся его иллюстрации..

(Лакуна)... Hет, я имею в виду то, что обложка относится к сюжету, к сюжету
отношение имеет. Присутствует девушка с большим, длинным ружьем в руках -
то есть, обложка достаточно кассовая. В принципе, лучше было ее раздеть
слегка и сделать красивее.

Читатель: Hо по тексту неправильно, она была некрасива...

Сергей Лукьяненко : Да, я думал что...

Читатель: А художник кто - он или она?

Сергей Лукьяненко : Дубовик, он. Можно было бы догадаться.

Вопрос: Интересно, а кого тогда нарисовали в "Осенних визитах" на обложке.
Модель была?

Сергей Лукьяненко : О... не знаю... Hет, модели не было. Hа самом деле с
модели любит рисовать Сева Мартыненко и также..., вот кто помнит книгу
"Остров Русь" которая выходила в издательстве "Аргус", и потом в
издательстве "ЭКСМО" еще выпускали ее переиздание, причем на самом деле
выпустили ее незаконно. Hо боюсь нам никогда не удастся это доказать...Так
вот, издание контрафактное уже было. Там был художник, Сергей Смирнов,
который рисовал эту книгу, и он всех персонажей, которые там упоминались -
а там большей частью персонажи так или иначе списаны с реальных людей -
нарисовал портретно узнаваемыми. То есть, там я наличесвую на картинках и
Юлик Буркин, и саратовский критик Роман Орбитман... Да, в "Аргусе" и
"Эксмо" - это было их было совместное переиздание. То есть, посмотрев на
картинки, можно увидеть этих реальных людей. Для меня лично это очень
смешно - для такой тусовки узкой - конечно узкой, которая знает всех этих
людей реально в лицо, читать эту книгу, наверное, вообще невозможно.
