                           Анатолий Днепров

                        МИР, В КОТОРОМ Я ИСЧЕЗ


    Меня купили мертвым и вывезли к  Удроппу  из  морга.  В  этом  нет
ничего удивительного, как нет ничего странного и в том, как я попал  в
морг. Просто перерезал себе вены в  ванной  комнате  гостиницы  "Новый
свет". Если бы не долги за номер, меня не нашли бы так скоро,  вернее,
нашли бы слишком поздно.
    Но долги были, и частично из-за них  я  сделал  неудачную  попытку
отправиться в лучший мир. Мне очень хотелось встретиться там  с  моими
недальновидными родителями и сказать им, что я думаю про них и  вообще
про всех тех, кто плодит детей для нашего цивилизованного государства.
    Как мне сейчас известно, Удропп  купил  меня  за  18  долларов  09
центов, причем 3 доллара 09 центов у него взяли за одеяло,  в  которое
он меня упаковал.
    Так что круглая мне цена 15 долларов.
    Представляете, с какой скоростью Удропп прокатил меня от морга  до
своего коттеджа в Грин-Вэли! Если бы не эта скорость, плакали  бы  его
денежки. Вместо меня ему досталось бы несвежее одеяло плюс расходы  на
мои похороны!
    Меня оживили по всем правилам: влили три  литра  крови,  впрыснули
адреналин, куда-то накачали глюкозу с рыбьим жиром, обложили  грелками
и   опутали   электрическими   проводами.   Затем   Удропп    выключил
электрический ток, и я начал дышать без посторонней помощи,  а  сердце
забилось как ни в чем не бывало. Я открыл глаза  и  увидел  Удроппа  и
рядом с ним девушку. - Как самочувствие? - спросил Удропп, тип в белом
халате,  с  физиономией  человека,  занимающегося  ради   собственного
удовольствия убоем крупного рогатого скота.
    - Спасибо, сэр. Хорошо, сэр. Кто вы такой, сэр?  -  Я  не  сэр,  а
Удропп, Гарри Удропп, доктор  медицины  и  социологии,  почетный  член
Института радиоэлектроники, - прорычал Гарри. - Есть хотите?
    Я кивнул головой.
    - Принесите ему тарелку супа.
    Девушка вспорхнула со стула и скрылась. Гарри Удропп  бесцеремонно
задрал кверху мою рубаху и при помощи  шприца  влил  в  меня  какое-то
химическое вещество.
    - Теперь вы совсем живой, - сказал он.
    - Да, сэр.
    - Гарри Удропп.
    - Да, сэр Гарри Удропп.
    - Я надеюсь, у вас не очень развиты интеллектуальные  способности?
- Надеюсь, нет.
    - Где вы учились?
    - Почти нигде. Кончил что-то вроде университета. Но это так, между
прочим.
    Про себя я решил, что Гарри  меньше  всего  нуждается  в  людях  с
высшим образованием.
    - Гм. Чему вы там учились? Я решил, что в  моих  интересах  ничему
там не учиться.
    - Играть в гольф, танцевать, ловить рыбу, ухаживать за  девушками.
- Это хорошо. Только не вздумайте ваши знания применять к Сюзанне.
    - А кто это? - Девушка, которая пошла за вашим ужином. - Уже ночь?
    - Нет, уже позавчерашний день. И вообще какого  черта  вы  задаете
вопросы!
    Я решил, что бывшему мертвецу неприлично задавать  много  вопросов
Гарри  Удроппу,  доктору  и  так  далее,  почетному  члену   Института
радиоэлектроники.
    Сюзанна сказала:
    - Вы будете участвовать в испытании  модели  "Эльдорадо".  Кстати,
как ваше имя?
    - Гарри.
    - Плохо Босс не любит, когда, кроме него,  есть  еще  какой-нибудь
Гарри. Вы не ошиблись? После смерти это бывает.
    - А что такое "Эльдорадо"? - спросил я.
    - Это  мир  счастья  и   процветания,   достатка   и   социального
равновесия, мир без коммунистов и безработных.
    - У вас это здорово получается! Как у дикторши из "Нейшнл  видео".
- В "Эльдорадо" вам отводится важная роль.
    - Вот как. Какая же?
    - Вы будете рабочим классом, - Кем, кем?
    - Не кем, а чем. Пролетариатом.
    Я подумал и спросил:
    - Вы уверены, что я воскрес?
    - Вполне.
    - А какую роль в "Эльдорадо" отводят вам?
    - Я буду обществом предпринимателей. Сюзанна вышла, и вошел  Гарри
Удропп.
    - С сегодняшнего  дня  мы  вас  кормить  не  будем.  Вам  придется
поголодать!
    - Чудесно! Вы исследуете процесс умирания от голода? - спросил  я.
- Старо.
    - И все же как я буду питаться?
    - Вам нужно будет поступить на работу.
    - Вы еще не выбросили одеяло, в котором меня можно увезти обратно?
    - В моем  высокоорганизованном  обществе  найти  работу  не  будет
проблемой.
    - Мне придется долго ходить и искать. Я не выдержу. -  Вам  никуда
не придется ходить.
    - А как же?
    - Вам нужно будет нажимать только  кнопки.  Когда  вас  примут  на
работу, появится зарплата, а появится зарплата, появится еда. - Ведите
скорее меня к этой кнопке!
    - У вас еще не подготовлен психологический фактор. Вы  не  сможете
нажимать кнопку с должным энтузиазмом.
    - Я буду ее нажимать с любым энтузиазмом!
    - Для чистоты опыта нужно поголодать еще пару часиков.  -  Я  буду
жаловаться!
    - Вы не будете жаловаться, потому что вас нет. - Как так?
    - Вы же умерли.

    "Эльдорадо" - это три огромные машины  в  разных  углах  обширного
зала. Они соединены между собой  проводами  и  кабелями.  Одна  машина
отделена стеклянной перегородкой. Гарри Удропп сел за пульт  в  центре
зала и сказал:
    - Шизофреники, профессора и  сенаторы  пытаются  усовершенствовать
наше общество при помощи комиссий и подкомиссий, докладов добровольных
комитетов  и  фондов,   экономических   конференций   и   министерства
социальных  проблем.  Все  это  чепуха.  Достаточно  четырехсот   двух
триодов, тысячи пятисот семидесяти шести сопротивлений  и  двух  тысяч
четырехсот девяноста одной емкости, и вся задача решается.  Вот  схема
организации нашего общества на сегодняшний день.
    Гарри  Удропп  развернул  передо  мной   и   Сюзанной   синьку   с
радиосхемой.
    - Справа - блок "производства", слева - блок "потребления".  Между
ними положительная и отрицательная обратная связь. Заменяя  радиолампы
и прочие детали "общества", можно добиться того, что система не  будет
попадать ни в режим сверхрегенерации, ни в режим затухающих колебаний.
Когда я этого добьюсь, проблема будет раз и навсегда решена!
    Объясняя свой гениальный замысел, Гарри Удропп размахивал руками и
вертел  головой  -  такая  у  него,  видно,  была  привычка.  -  Но  я
предусмотрел  нечто  большее,  -  продолжал  он.  -  Я  ввел  в  схему
человеческий элемент, который нерационально и слишком дорого  заменять
эквивалентным электронным роботом с ограниченной памятью. Эту  функцию
будете выполнять вы. - Гарри показал пальцем на меня. - И вы, - сказал
он, обращаясь к Сюзанне. Затем он заложил, наконец, руки  за  спину  и
четыре раза обошел вокруг пульта.
    - Здесь, - он грохнул кулаком по  крышке  пульта,  -  мозг  нашего
"общества", его  "правительство".  Наверху  неоновая  лампа  выполняет
функции президента, то есть стабилизирует напряжение. Вот и все. Мы  с
умилением посмотрели на президента, который светился розовым огоньком.
    - А  теперь  за  работу!  Вы  марш  в  "производство",  вы   -   в
"потребление".
    "Оригинальный  случай  увлечения  электронным  моделированием,   -
подумал я. - В университете профессора нам говорили,  что  при  помощи
радиоэлектроники можно построить модели чего угодно: черепах, станков,
межпланетных кораблей и даже модель человека.  Гарри  Удропп  построил
электронную модель нашего государства. И не только построил, но  решил
его усовершенствовать,  предложить  "гармоническую"  структуру  нашего
общества. Интересно, что у него из этого получится?"
    Я  подошел  к  машине  справа,  Сюзанна  скрылась  за   стеклянной
перегородкой в блоке "потребления".
    - Что я должен делать? - спросил я.
    - То, что и в жизни. Работать.
    - Это здорово! Я голоден, как гиена!
    - Прежде всего в сфере производства нужно получить работу. - Как?
    - Нажимай белую кнопку справа.
    - А что будет делать она? - я кивнул в сторону Сюзанны. - То,  что
делают предприниматели.
    Я застыл перед огромным металлическим шкафом. На  передней  стенке
блестели  шкалы  приборов,  в  разных  местах  выступали  разноцветные
кнопки, рубильники и рычаги. Здесь  с  помощью  электрической  энергии
создавались  "модели"   материальных   ценностей,   и   эти   ценности
циркулировали  по  проводам  между  "сферой  производства"  и  "сферой
потребления".
    Я нажал белую кнопку.
    - Ваша специальность? - рявкнула машина. "Ого, совсем как в жизни!
Машина даже интересуется моей специальностью!" - Художник...
    - Не требуется.
    Я в недоумении посмотрел на Удроппа.
    - Мне тоже нажать белую кнопку? - спросила Сюзанна. - Конечно.
    - И что будет?
    - Получите "прибавочную стоимость", запасенную в схеме. У  Сюзанны
щелкнуло реле. Я опять нажал белую кнопку. - Ваша специальность?
    - Зубной врач.
    - Не требуется.
    В это время Сюзанна нажала свою кнопку, и автомат выдал ей  пакет.
- Специальность? - тупо спросила меня машина.
    - Механик.
    - Зайдите через месяц.
    Электронное "производство" работало отлично. Сколько раз до  того,
как я попал к Удроппу, я ходил в поисках  работы  и  слышал  такие  же
вопросы и такие же ответы.
    - Так  дело  не  пойдет,  босс,  -  Обратился  я  к   Удроппу.   -
Отвернитесь, я надену новое платье! - крикнула Сюзанна. - Босс,  я  не
могу ждать месяц!
    - Попробуйте еще.  Я  уменьшил  отрицательное  смещение  на  сетку
генераторной лампы "спроса на рабочую силу".
    Сюзанна нажала кнопку, но автомат ей ничего  не  выдал.  -  В  чем
дело? - запротестовала она.
    - Когда он,  -  Гарри  кивнул  на  меня,  -  создаст  "прибавочную
стоимость",  ваш  автомат  снова  включится.  Сейчас  наступила   фаза
"накопления капитала".
    Устраивайтесь поживее на работу!
    Я нажал белую кнопку.
    - Специальность?
    - Грузчик.
    - Берем!
    Из машины прямо мне в живот вылез рычаг.
    - Работайте! - крикнул Гарри из-за пульта.
    - Как?
    - Ворочайте рычагом вверх и  вниз.  Я  нажал  белую  кнопку.  -  И
сколько времени я должен это делать?
    - До получения зарплаты.
    - Как это?
    - В ящик под вашим носом вывалятся жетоны. На них вы сможете есть,
пить и развлекаться.
    Я ворочал рычагом, пока рука не заныла. На секунду я  остановился.
- Что вы делаете? - заорал Гарри.
    - Хочу отдохнуть. - Вас уволят!
    Я схватился  за  рычаг  и  стал  лихорадочно  нагонять  упущенное.
Мысленно  я  представил  себе  электронный  блок,  который  мог   меня
"уволить".
    Наверное, двигая рычагом, я создавал электрические заряды, которые
при помощи  реле  удерживали  его  в  рабочем  состоянии.  Стоило  мне
прекратить работу,  как  срабатывал  механизм,  который  убирал  рычаг
внутрь шкафа.
    - Ага! Мой автомат заработал! - сказала Сюзанна. - Босс, когда  же
зарплата?  Удропп  возился  с  президентом.  Не  глядя  на  меня,   он
проворчал:
    - Я слежу за приборами. Прибыль должна быть максимальной. -  Когда
я получу свои жетоны? - повторил я.
    - Когда анодное напряжение, которое вы создаете  на  конденсаторе,
отопрет тиратрон.
    - Есть хочется...
    - Плохо работаете. Каждый  взмах  всего  полтора  вольта.  Быстрее
качайте.
    Сюзанна снова включила свой автомат. Ей досталось второе платье. -
Я не хочу больше платьев, - сказала она.
    - А что?
    - А то, что вы обещали. Нейлоновую шубу.
    - Сейчас я прибавлю еще отрицательное смещение на  сетку  и  сниму
часть напряжения с его конденсатора на ваш автомат. Так я  и  знал!  В
схеме Удроппа роль капитала выполняет электроэнергия.
    Она-то и перекачивается из  моей  "сферы  производства"  в  "сферу
потребления", в карманы "общества предпринимателей". Моделями карманов
были конденсаторы и аккумуляторы.
    - Ну, это слишком!  Какого  черта  все  только  для  нее!  Автомат
щелкнул. В ящике перед моим потным носом затарахтели жетоны.
    - Берите свою "зарплату".
    Я достал пять медных жетонов.
    - Что я должен с ними делать?
    - Идите в "сферу потребления" и пользуйтесь автоматом.  Я  забежал
за перегородку.
    - Пролетариат! - весело воскликнула  Сюзанна.  -  Вам  вон  в  тот
автомат, рядом.
    Я получил миску супа, холодную котлету и кружку пива. И  то  слава
богу!
    Мой первый рабочий день кончился. Сюзанна с ворохом  тряпок  пошла
спать.
    Что-то будет завтра!

    Когда утром я прошел в "сферу производства", моего рычага не было.
Сюзанна сидела в кресле рядом с "президентом" и пила  пиво.  -  В  чем
дело? - удивился я.
    - Вас уволили, - сказала  она  и  кивнула  на  стенные  часы.  Они
показывали пять минут девятого.
    - За что меня уволили?
    - За опоздание. Попытайтесь снова получить работу. - Откуда у  вас
пиво?
    - Это за ваши жетоны. Они теперь мои. Никогда  не  видел  подобной
наглости!
    - Специальность? - спросила машина.
    - Грузчик, - не думая, ответил я.
    - Плохая  рекомендация,  -  сказала  машина  и  умолкла.   Машина,
оказывается,  обладает  памятью!  Она  взяла  на  заметку  факт  моего
увольнения за опоздание на работу. Опять все как в жизни. Может  быть,
в этих электронных моделях экономических и социальных структур и  есть
какой-то разумный смысл? И все же я не  мог  согласиться  с  тем,  что
такое чрезвычайно сложное явление, как жизнь  многих  миллионов  живых
людей  в  обществе,  можно  достаточно  точно  изобразить  при  помощи
радиоламп, транзисторов, сопротивлений и реле...
    Я стал думать, что мне делать.  Мой  взгляд  упал  на  электронный
мозг.
    Если в  нем  сосредоточено  все  управление  электронной  моделью,
почему бы не попытаться "усовершенствовать"  ее  по-своему?  -  Вы  не
ябеда? - спросил я Сюзанну.
    - А что?
    - Я хочу попытаться усовершенствовать "общество". - Пожалуйста.
    Я подошел к пульту управления и наобум повернул первую  попавшуюся
ручку.
    После еще и еще. Их здесь было около сотни. Машины дико  взревели.
До этого едва теплившийся "президент"  стал  пылать,  как  стеариновая
свечка.  В  надежде,  что  мой  рычаг  все-таки  вылезет,  я   вытащил
"президента" из гнезда я спрятал в карман. В этот момент вошел Удропп.
    - Ага, бунт! Это хорошо! Покушение на  правительство!  Чудесно!  А
где стабилизатор напряжения? Ликвидация верховной  власти?  Прекрасно!
Верните "президента".
    Я возвратил неоновую лампу.
    - Мы предусмотрим  и  этот  человеческий  элемент.  Я  заэкранирую
правительство сеткой и подведу к ней высокое  напряжение.  Две  тысячи
вольт хватит. "Президента" мы спрячем в колпак и подведем к нему  пять
тысяч вольт. Вот так. Таким образом, государство  будет  гарантировано
от внутренних беспорядков.
    Я стоял уничтоженный. Гарри Удропп подводил к  электронному  мозгу
высокое напряжение.
    - Дайте хоть  какую-нибудь  работу,  -  взмолился  я.  -  А  ну-ка
попробуйте сейчас, пока я не установил  все  потенциометры  в  прежнее
положение.
    Я нажал кнопку спроса рабочей силы. Репродуктор ни  с  того  ни  с
сего запел  голосом  Джонса  Паркерса  "Как  счастливо  ты  умирала  в
объятьях моих голубых...". Из  машины  вылез  не  один,  а  сразу  три
рычага, и они сами, без посторонней помощи,  стали  качаться  вверх  и
вниз. Жетоны посыпались в коробку, как из рога изобилия! -  Босс,  вот
удача! Кажется,  "Эльдорадо"  получилось!  -  воскликнул  я,  выгребая
медные кругляшки из коробки.
    - Черта с два, - прохрипел Гарри. -  В  сфере  потребления  ничего
нет.
    Пусто.
    Я помчался за  перегородку  к  автомату  и  сунул  жетон.  Никакой
реакции. Сунул второй. Молчание.
    - Н-да.  Производство  просто  сошло  с  ума.  Электроника   Гарри
Удроппа, видно, работала только в строго определенном  режиме.  Модели
производства  и  потребления  балансировали  на  точке   неустойчивого
равновесия. Стоило машину вывести из этого режима, и она  превращалась
в нелепый клубок радиосхем, который делал что попало..
    Гарри установил потенциометры  как  нужно,  и  все  рычаги,  кроме
одного, упрятались в машину.  Джонс  Паркерс  перешел  на  контральто,
затем на колоратурное сопрано и умолк на ноте "ля" седьмой  октавы.  Я
ухватился за  оставшийся  рычаг  и  стал  его  усердно  качать,  чтобы
восстановить свою добрую репутацию. - Отдайте жетоны, - сказал Гарри.
    - Зачем?
    - Они достались вам даром. Так не полагается.
    - А почему ей все достается даром? - указал я на Сюзанну,  которая
уснула в кресле.
    - Не задавайте глупых вопросов и отдайте жетоны. Два жетона я  все
же припрятал!
    Весь рабочий день Сюзанна проспала, а я  к  вечеру  заработал  еще
семь медяшек.
    Удропп обезопасил за это время  "правительство"  и  несколько  раз
снимал напряжение с моего конденсатора. Вообще  он  возился  со  своей
машиной очень усердно. Впоследствии Сюзанна мне сказала, что за проект
"Эльдорадо" Гарри отхватил хороший куш. Теперь я был умнее  и  на  еду
истратил только два жетона. Это был почти голодный паек, но  я  понял,
что нужно думать и о черном дне!

    Утром следующего дня я застал Сюзанну с  заплаканными  глазами.  -
Почему ревет общество предпринимателей? - съехидничал я. На  работу  я
вышел рано. Позвякивавшие  в  кармане  жетоны  оказывали  благотворное
влияние на мое настроение.
    - Это свинство! - сказала Сюзанна.
    - Что?
    - Он все у меня отобрал. И платье, и белье, и шубу. - Кто?
    - Удропп.
    - Почему?
    - Чтобы все начать сначала. Он  их  снова  упрятал  в  автомат.  Я
бросил рычаг и подошел к Сюзанне. Мне стало ее жалко. - Мне  не  очень
нравится эта игра, - сказал я.
    - Ничего, Гарри добьется, что будет гармония.
    - Я не знаю, что это такое. Но только свинство  отбирать  то,  что
тебе дали.
    Вошел Удропп.
    - Что это за идиллия? Марш по местам! Я, кажется, слишком увеличил
потенциал на тиратроне. Вы ничего не делаете, и вас не уволили.
    - Одну секундочку, босс!
    Я  кинулся  к  рычагу,  но  поздно.  Он  исчез.  Довольный  Удропп
захихикал.
    - Черт с тобой, на сегодня у меня есть жетоны. Сюзанна  насупилась
и больше не пользовалась  своим  автоматом.  Я  нехотя  нажимал  белую
кнопку, перебирая разные специальности. Никто не нужен.  Неужели  наше
общество насытилось и врачами, и педагогами, и техниками, и  поварами?
Я еще раз нажал белую кнопку.
    - Специальность?
    - Журналист.
    - Берем.
    Я остолбенел. Из машины вылез стол с пишущей машинкой. Ну и Гарри!
Даже до этого додумался!
    - Пресса в нашем обществе доходное дело, -  сказал  Удропп.  -  Вы
будете получать тем больше, чем с большей охотой Сюзанна будет  читать
ваши сочинения. Итак, начинайте.
    Удропп вышел.
    Я сел за машинку и задумался. Затем я начал:
    "Экстренное   сообщение!   Небывалая   сенсация!   В    результате
радиоактивных мутаций появились новые виды животных!  Говорящие  ослы!
Собаки-математики!
    Обезьяны-гомеопаты! Поющие свиньи! Петухи, играющие  в  покер!"  -
Чушь какая-то, - сказала Сюзанна, вытаскивая из своего  автомата  лист
бумаги. - Если так будет продолжаться, я не буду читать, и вы умрете с
голоду.
    - Не нравится? - спросил я.
    - Нет.
    - Хорошо, я попробую другое.
    "Небывалая сенсация! 18 миллиардеров и 42 миллионера отказались от
своих миллиардов и миллионов в пользу рабочих..."
    - Послушайте, Сэм, или как вас там! Я больше читать вашу белиберду
не буду.
    - Еще одна попытка.
    - Не буду.
    - Ну, пожалуйста, Сюзанна.
    - Не хочу.
    - Ну, Сузи!
    - Не смейте меня так называть, слышите!  Я  напечатал:  "Сузи,  вы
чудесная девушка. Я вас люблю". Она ничего не сказала.
    "Я вас люблю. Вы это читаете?"

    - Да, - тихо ответила она. - Продолжайте.
    "Я вас полюбил с того момента, как воскрес.  Все  время,  пока  мы
занимаемся этим идиотским проектом, я думаю, как нам удрать вдвоем. Вы
и я. Хотите?"
    - Да, - тихо ответила она, вытаскивая лист бумаги из автомата.  "И
вот что я придумал. Как-никак, а у меня есть специальность.  Мы  уйдем
от Удроппа и попытаемся найти настоящую работу, а не  эту  электронную
чепуху. Вдвоем нам будет легче. Честное слово, после того, как  я  вас
увидел, я пришел к выводу, что резать вены глупо".
    - Я тоже так думаю, - шептала Сузи. Вошел Удропп. Он посмотрел  на
свои приборы и щелкнул пальцами.
    - Ага! Дело, кажется, идет! Напряжение стабилизировалось!  Сдвигов
фаз нет!
    Мы  близки  к  гармонии  между  производством  и  потреблением.  -
Конечно, босс, - сказал я. -  Должно  же  наше  общество  когда-нибудь
зажить как следует.
    - Продолжайте в том же духе, а я все это нанесу на схему, - сказал
он, выходя из зала.
    "Сегодня ночью давайте встретимся здесь. Мы выскочим  в  окно".  -
Хорошо...
    До конца  дня  я  сочинил  около  десятка  идиотских  сообщений  и
заработал  кучу  медяков.  Сюзанна  исправно  отрывала  листы  бумаги,
демонстрируя электронному  истукану  свою  заинтересованность  в  моей
продукции. Гармония была полная, и  Гарри  Удропп  лихорадочно  снимал
схему "Эльдорадо", чтобы продать ее за  миллион  долларов.  Она  этого
стоила, потому что в ней был учтен человеческий элемент!
    На весь заработок я набрал бутербродов и спрятал  их  в  карманах.
Ночью, пробираясь  к  окну,  я  и  Сюзанна  остановились  у  "общества
предпринимателей".
    - Ты вчера ни разу не пользовалась своим автоматом. -  Если  бы  я
пользовалась, ты бы заработал меньше. - Хочешь, мы  заберем  платья  и
шубу?
    - А ну их к черту.
    - Я могу Удроппу оставить записку, что это  сделал  я.  Все  равно
меня нет.
    - Не нужно. Так будет легче идти.
    Мы вылезли в окно, перемахнули через ограду и оказались на широкой
асфальтовой дороге, ведущей в большой город. Над ним  неистово  пылало
оранжевое небо. На мгновение Сюзанна прижалась ко мне.
    - Не бойся. Теперь мы вдвоем.
    Я ее обнял, и мы зашагали вперед. Только один раз я остановился  у
электрического  фонаря  и,  посмотрев  в  доверчивые  глаза   девушки,
спросил:
    - Сузи, а как ты попала к Удроппу? Она слабо улыбнулась,  вытянула
левую руку и, подняв рукав, показала мне запястье. На белой коже резко
выступал продолговатый малиновый рубец.
    - Так и ты?.. Она кивнула.
    И вот мы идем, два человека, которых нет в этом страшном мире...



